cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Человек с Севера о бандах, ополченцах и перспективах

Оригинал взят у sokura в Человек с Севера о бандах, ополченцах и перспективах
Оригинал взят у mikle1 в Человек с Севера о бандах, ополченцах и перспективах

Об ополченцах, "северянах", котле по Иловайском и т.д. раззказывает  shurigin*у "Человек с Севера" (начало):

Сильной стороной ополчения, безусловно, является высокая мотивация. Люди воюют за свои дома, добровольцы за идею. Воюют лихо, с азартом. Стойко. Потери несут, как что-то должное. Не паникуют. Быстро учатся. До ввода, я занимался организацией обучения специалистов, так вот, я раньше мог только мечтать о таких солдатах! Люди учились буквально с полной отдачей. Артиллерийские расчёты, танковые экипажи буквально за дни схватывали то, на что обычно уходили недели.

Безусловный авторитет командиров. За своими командирами пойдут куда угодно. В отличие от ВСУ, где выдвижение на любую должность это сложный бюрократический процесс часто не связанный ни с какими способностями кандидатов, а лишь с близостью к начальству или принадлежностью той или иной политической группе, на командные должности ополчения выдвигаются наиболее храбрые и способные бойцы, невзирая на звания и выслугу лет. Естественный отбор, так сказать…

По родам войск.

Пехота – отлично мотивирована, но уровень обученности оставляет желать лучшего. Впрочем, это компенсируется храбростью и инициативой.

Танковые подразделения распределены между отрядами. Обучены хорошо, но, так же как и танковые подразделения ВСУ, используются для огневой поддержки пехоты. В противовес ВСУ ополченцы свои танки берегут и прикрывают пехотой, поэтому уровень потерь боевой техники несравним.

Артиллерия – высоко обученная, слаженная, прошедшая полный курс боевой подготовки. За это отвечали «северяне» и они своё дело сделали хорошо.

Оперативное командование ополчения так же укомплектовано профессионалами своего дела, имеющими специальное военное образование и большой опыт ведения боевых действий в других горячих точках. Этот штаб вполне способен организовывать и проводить эффективные операции масштаба дивизия - корпус, но вот здесь и начинаются слабые стороны ополчения.

Главная слабость ополчения называется одним словом «махновщина».

На момент моего выхода с территории ДНР никакого единства сил обороняющихся не было. И нужно отдавать себе отчёт, что никакой «армии Новороссии» нет. Вместо неё есть десятки отрядов разной численности, вооружения и организации.

Объявление донецкого ополчения регулярной армией по сути ничего не изменило. При этом, часто численность является не только, и не столько показателем боеспособности, сколько показателем «веса» того или иного полевого командира на контролируемой им территории. Как следствие, каждый полевой командир самостоятельно решает проблемы снабжения своего отряда. Каждый ищет или выстраивает свои каналы поступления «гуманитарки», и каждый налаживает свои отношения с «военторгом».

И чем «шире» эти каналы, чем объёмнее поставки, тем выше «ранг» полевого командира, и тем большую территорию он контролирует. Самое печальное, что именно этот доступ к снабжению и контроль над территорией являются главными препятствиями объединению сил. Ведь часть денег на амуницию, продовольствие, связь, на зарплаты и премии ополченцам – всё это по большей части «сборы» с «земли», как и автомобили, жильё, склады и прочее. И добро, когда это делается хотя бы «полюбовно» - официальными налогами на местный бизнес, но чаще всего простым «отжимом» - грабежом, попросту говоря.

Когда я был там, «зинданы» для упрямых «спонсоров» были почти обязательным атрибутом большинства крупных штабов ополченцев. Объединиться под единым началом, значит утратить вес, и потерять каналы снабжения и контроль над «землёй», которая кормит почти всех полевых командиров. То есть потерять главный источник довольствия.

Но ещё хуже то, что под видом ополченцев на территории Новороссии действуют «индейцы» - десятки обычных банд, которые буквально терроризируют местное население. Под флагами ДНР они творят полный беспредел – грабят, насилуют, убивают. Есть целые посёлки, которые попали под контроль таких «индейцев» беспредельщиков. И борьбы с ними особо не ведётся. Полевым командирам не до них, они на собственной территории делят власть и выясняют отношения, а милиции и прокуратуры в ДНР и ЛНР сейчас нет.

Поэтому, при достаточно большой численности ополченцев, а в августе это было примерно около двадцати тысяч бойцов, их боевая эффективность невысока. Ополченцы хорошо воюют в городе, стойко обороняются, но в силу «крепостной психологии» и почти полной дискоординации вести современную маневренную войну практически не способны. Вне городов и посёлков ополчение лишь вело разведку и удерживало блокпосты на ключевых трассах, оставляя без прикрытия целые направления. Украинское командование уже к середине июля выяснило эту слабость, после чего разведрейдами своих БТГ нащупывало такие «провалы» в обороне ополченцев и проводило локальные наступления, глубоко вклиниваясь в оборону ополчения. К середине июля фактически вся территория ДНР и ЛНР была как ломтями «надрезана» такими ударами. И опять же, только помощь «северян» превратила эти вклинения в «котлы» для ВСУ, сами ополченцы тут лишь «зачищали» после нашей работы местность, да громили отступающие мелкие отряды разгромленных ВСУ.

Северный ветер

Часто говорят, что «северяне» спасли ополчение от разгрома. Мол, подкрепление прибыло, когда до победы ВСУ оставались чуть ли не считанные часы. Это свидомая брехня! Ситуация в середине августа была тяжёлой но не критической. На этот момент ВСУ использовали практически все свои резервы, увязли и вели тяжёлые бои в северных пригородах Донецка, в районе Иловайска и на подступах к Луганску в районе Новосветловка-Лутунино. Сил рассечь территорию Новороссии у ВСУ уже не было, но война всё больше погружалась в кровавый хаос - в зоне боевых действий оказались самые густонаселённые районы Донбасса. Счёт погибших мирных жителей пошёл на сотни. Необходимо было остановить эту бойню и принудить Украину к прекращению боевых действий и мирным переговорам. Для этого была разработана операция, и мы преступили к её проведению.

Если не считать мелких огрехов, то всё прошло как по нотам. Противник не смог вовремя вскрыть наше выдвижение и развёртывание, и обнаружил наше присутствие только, когда мы вошли с ним в непосредственное соприкосновение. ВСУ так и не смогли вскрыть наши силы и потому по украинским докладам до сих пор гуляют самые фантастические цифры. Некоторые украинские военачальники договорились до того, что на территорию Украины вошло аж сто тысяч «северян», что есть полный бред!

Никаких глобальных задач «дойти до Киева» мы не имели. Если сводить всё к одной формуле, то нанести поражение и создать условия для прекращения боевых действий и начала переговоров.

О «северянах»

Я доволен действиями «северян». Могу сказать, что они продемонстрировали высокий уровень подготовки и слаженности. Отлично работала разведка, хорошо справились с задачами штабы всех уровней,

Фактически, «северяне» продемонстрировали тот тип ведения боевых действий, который на западе называют «сетецентричной войной». Постоянное перемещение, постоянная разведка, своевременное выявление целей и своевременное их огневое поражение. Достаточно сказать, что, несмотря на очень ограниченный по площади район ведения боевых действий, «северяне» практически нигде не вступали с ВСУ в непосредственное взаимодействие, не вели боёв, что называется, «глаза в глаза», нанося поражение дистанционно. Лишь считанные разы, что называется, завязывались бои. Единственный случай, когда несколько «северян» оказались в плену у ВСУ, стал следствием нарушения боевых документов и разгильдяйства младших командиров.

О «котле» под Иловайском.

Вина за этот разгром и огромные потери целиком и полностью лежит на командовании АТО и Южного сектора – сначала они буквально в «нору» загнали целую группировку, никак не прикрыв фланги. Потом, увязнув в городских боях, вместо того, чтобы обходить город, начали стаскивать под него новые БТГ, так, видимо, хотели поднять над ним флаг. Ну, а когда получили удар во фланг, и счёт пошёл на часы, просто растерялись, начали ждать указаний «сверху», пока «котёл» не захлопнулся.

После этого никакого внятного командования мы уже не видели. Внутри «котла» метались, неся потери, батальоны нацгвардии и ВСУ, а снаружи командование даже не пыталось организовывать деблокаду своих войск. И это было странно! Мы, честно говоря, готовились к тому, что будем держать внешний фронт, но они даже не дёрнулись. Создавалось впечатление, что там изо всех сил делают вид, что под Иловайском ничего не происходит и всё само как-то рассосётся.

Ну и рассосалось…

У нас был приказ – по возможности избегать больших жертв. Поэтому почти сразу до командиров окружённых частей довели наш ультиматум – всем кто сложит оружие и оставит технику, гарантируется жизнь и выход из котла к своим.

Сейчас «окруженцы» везде голосят, что де, их обманули, им обещали коридор, но вместо этого раздолбили артиллерией. Это опять же, брехня! Был конкретный ультиматум – оставляете на месте всё тяжёлое вооружение и технику, и на автотранспорте в определённом порядке выходите. Но вместо этого они начали играть в крутых рейнжеров. Выстраивать колонны на прорыв – с танками, бэтээрами, САУ. Всё, что не могли вывезти, начали сжигать и выводить из строя. Мы за всем этим внимательно наблюдали. Разведка постоянно докладывала. Ещё раз вышли на них – не хитрите! Хотите жить, выполняйте условия, выходите, как определено – днём, без тяжёлой технике, по согласованию и под контролем. Всех выпустим! Они опять «Да! – Да!» но, как начало смеркаться, рванули на прорыв, ну, собственно, и получили. Почти никто не ушёл. Такой бессмысленной гибели людей я себе представить не мог. Дорога смерти какая-то…

Почему не был взят Мариуполь?

Скорее всего, просто не хватило времени. Но лично для меня, одной из главных проблем было то, что брать его пришлось бы нам, «северянам», со всеми отсюда вытекающими проблемами – потерями, полной «засветкой» нашего участия, и всеми «прелестями» штурма города – разрушениями, гибелью мирных жителей. У украинской стороны в Мариуполе и под Мариуполем находилось до полутора тысяч всякого рода «силовиков». Ополченцев же на тот момент едва хватало на выставление блок-постов и организацию передового эшелона наступления – фактически разведки, при которой, продвигаясь вперёд ополченцы «нащупывали» узлы обороны, после чего подтягивались мы и расковыривали артиллерией эти узлы. В чистом поле эта тактика была эффективна, но вот в крупном городе уже едва ли могла сработать.

Поэтому лично для меня перемирие стало, в какой-то мере, облегчением. Да, взять город хотелось, но объективно оценивая силы, я понимал, что это будет очень не легко. Даже на окружение и эффективную блокаду сил не хватало.

Вовремя или не вовремя?

Мне трудно давать такую оценку. Конечно, мы могли ещё существенно расширить территорию контролируемую ополчением. На момент остановки активных боевых действий почти все имеющиеся в распоряжении командования АТО части либо вели тяжёлые бои, либо были разгромлены, и прикрывать бреши, образовавшиеся после разгрома котлов, было просто не чем. Думаю, что продлись бои ещё неделю, и перед Киевом бы уже в полный рост встала перспектива военной катастрофы, а так только украинское военное командование и политическое руководство знало реальное положение дел и адекватно оценивало угрозу.

Но всё же, я думаю, что основная доля ответственности за сегодняшнее положение дел лежит на тех, кто вёл переговоры в Минске. Позиции переговорщиков Донбасса были куда более выигрышными и сильными, чем у Киева. Киев, фактически, был принужден к миру, и крыть ему на тот момент было не чем. Нужно было принимать любые условия, иначе можно было потерять намного больше. С другой стороны, и Россия находилась под огромным давлением Запада и каждый день войны только усиливал его. Понятное дело, что оттуда тоже давили на переговорщиков.

В итоге подписали то, что подписали. Ну, а уж выполнять подписанное, украинская сторона почти сразу не стала торопиться.

Что дальше

На мой взгляд, на сегодняшний день сложилась «провоцирующая» Киев ситуация. Россия заканчивает вывод своих войск с приграничных районов в ППД. И угроза, висевшая над Киевом семь месяцев, перестаёт таковой быть. Боеспособность группировок более-менее восстановлена. Разгромленные части заново укомплектованы личным составом и техникой. Проводится реформа тыла. Налажена боевая учёба. Проведено инженерное оборудование районов сосредоточения и ключевых узлов обороны. И сейчас перед высшим политическим руководством Украины и командованием АТО стоит дилемма – уйти в зиму, смирившись с поражением в весенне-летней компании, или же попытаться в последние тёплые недели добиться какой-то хоть локальной но победы, чтобы ею сбалансировать августовский разгром. На планы такой локальной операции указывает резкое усиление группировки нависающей над Луганском, где сейчас по данным разведки сосредоточено не меньше шести БТГ, до пятидесяти танков и до шестидесяти орудий и РСЗО.

Ещё одна группировка сосредоточена в районе Донецкого аэропорта. Там выявлено до тридцати танков до шестидесяти орудий и РСЗО, и до двух тысяч пехоты разного формата – от «спецназа» ВСУ до «нацгвардии». Перестрелки и постоянные попытки ополченцев выдавить украинские подразделения из района аэропорта вполне могут быть использованы как повод для локального наступления в этом районе.

На мой взгляд, наиболее подходящее время – до дня выборов. Так как результат наступления может быть легко конвертирован в политический «пиар», или сразу после них - для отвлечения народа от результатов. Но сдерживающим фактором является хотя и формальное, но соблюдение условий прекращения огня, а так же опасение, что это наступление, так же как и предыдущие, будет сорвано и закончится поражением, так как у Киева нет полной уверенности в преодолении последствий военного кризиса августа- сентября.

Если же до второй декады ноября обострения не произойдёт, то можно ожидать ухода конфликта в «зимовку» - позиционное противостояние, с артиллерийскими дуэлями и активной деятельностью разведывательно-диверсионных подразделений. Этот период – до апреля следующего года, каждая из сторон будет использовать для укрепления своих вооружённых сил и подготовки к новой весеннее – летней компании. Но это уже чрезвычайно далёкая перспектива.

Tags: руинская агрессия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments