cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

ОТВЕРГНУТЫЙ СИГНАЛ. Сергей Худиев о поиске инопланетян вместо поиска Бога

Оригинал взят у dima_piterski в ОТВЕРГНУТЫЙ СИГНАЛ. Сергей Худиев о поиске инопланетян вместо поиска Бога



С нами уже вышли на связь — не некие премудрые существа из глубин мироздания, но сам его Художник и Устроитель. Вопрос только в том, как мы реагируем на полученные сигналы.

Российский миллиардер Юрий Мильнер и британский космолог Стивен Хокинг запустили новый проект поиска сигналов от разумных инопланетян, на который Мильнер выделит 100 миллионов долларов. Это — продолжение уже полувековой истории поисков сообщений от внеземных цивилизаций.

Люди начинают новые программы, вкладывают весьма значительные средства, посвящают всю свою жизнь поиску сигналов со звезд — зачем?

Одна из наиболее заметных ученых, занимающихся поиском внеземной жизни в программе SETI, Джил Тартер, выступая для программы TED, сказала:

«В течение многих тысячелетий люди искали ответы на вопросы о природном и трансцендентном, о том, кто мы и зачем существуем, и, конечно, о том, кто еще может быть за пределами нашего мира… Одиноки ли мы в этой огромной вселенной энергии и материи, химии и физики? Что же, если это так, то это бессмысленная трата пространства… Но вдруг это не так?

Что, если за пределами нашего мира, кто-то другой задает себе и отвечает на похожие вопросы? Что, если они смотрят на ночное небо, те же звезды, но с другой стороны? Могло бы открытие цивилизации с более древней культурой вдохновить нас на поиск путей выживания в период нашего все более бурного технологического отрочества? Может быть, открытие отдаленной цивилизации убедит людей в существовании уз между всеми нами? Родились ли мы в Сан-Франциско, Судане или вблизи центра нашей галактики, все мы — результат миллионов лет эволюции звездной пыли. Каждый из нас — результат процесса, в ходе которого базовая для мироздания смесь водорода и гелия развивается так долго, что начинает задаваться вопросом о своем происхождении»

Это определенное исповедание веры — и в нем бросается в глаза некоторая рассогласованность, и на уровне логики, и на уровне эмоций и оценок. С одной стороны, мы имеем стандартную атеистическую картину — звездная пыль, водород и гелий, миллионы лет, и решительно никакой цели, воли и замысла. Звездная пыль не думает «начну ка-я эволюционировать, авось и доэволюционирую до человека». Процессы, которые приводят к появлению человека, в этой картине мира являются полностью природными, совершенно лишенными какого-либо смысла и целеполагания. У них нет и не может быть разума, воли, планов, ожиданий — наше появление на сцене полностью бессмысленно, никто не хотел приводить нас из небытие в бытие, да и некому было. Никто не сказал «хорошо весьма», увидев наше появление на свет.

Вселенная полностью, радикально бессмысленна. Как это прекрасно сформулировал американский физик (и решительный атеист) Стивен Вайнберг,

«Люди почти не в силах отказаться от веры в то, что мы находимся в каких-то особых отношениях со Вселенной, что человеческая жизнь — это не просто некий фарсовый исход цепи случайных событий, восходящих к первым трем минутам, но что мы каким-то образом были встроены во Вселенную с самого начала… Еще труднее осознать, что эта нынешняя Вселенная развилась из невообразимо чуждого нам раннего состояния, и что ей предстоит смерть от вечного холода или невыносимого жара. Чем более постижимой представляется Вселенная, тем более она кажется бессмысленной»

Но в этой бессмысленной вселенной просто невозможно задаваться «большими вопросами» — например, «кто мы и зачем мы существуем», потому что единственный возможный ответ на них — «Никто. Незачем», и он известен с самого начала. Точно также нет никакого содержания во фразах типа «бессмысленная трата пространства». «Тратить» пространство, да еще «осмысленно», может кто-то, имеющий цели. Но мироздание, в атеистической картине мира, делает абсолютно все бессмысленно. Оно не может быть другим.

Эмоциональные оценки вроде «ну разве не удивительно, космическая пыль превратилась в разумных существ, которые задались вопросом о своем происхождении» — также бессодержательны. Приглашение удивиться чему-то предполагает, что мы имеем дело с чем-то объективно, подлинно достойным удивления — например, мастерством художника, замыслом инженера, искусством врача, чем-то, правильной реакцией на что будет удивление и восхищение. Когда мы говорим, что эта картина, или это изобретение, или эта симфония достойны восхищения, мы говорим не только о том, что они нам понравились. Мы говорим о том, что они обладают некими объективными качествами, по которым они достойны высокой оценки.

В атеистической картине мира процесс эволюции космической пыли в человека не обладает какой-то ценностью, которую мы могли бы признать — он является полностью, стерильно бессмысленным. Все это переживание огромности вселенной, нашей мистической связи со звездами, нашей укорененности в таинственных глубинах мироздания, является полностью иллюзорным — ему ничего не соответствует в реальном мире. Это просто непонятные нам самим бессмысленные процессы в нейронах.

На это обычно атеисты говорят, что они могут, оставаясь атеистами, переживать восхищение красотой природы или искусства, их эмоциональный опыт может быть не беднее, чем у всех остальных. Это, конечно, так — этот трепет перед лицом вселенной доступен людям, потому что они люди, а не потому, что они верующие. Проблема в другом — в атеистической картине мира этот опыт лишен какого бы то ни было смысла. Это приятная галлюцинация, но не больше. Никакой реально существующей, красоты, ценности или замысла в мироздании нет.

Приведу пример из рассказа Михаила Булгакова «Морфий»:

«Я беру его и, небрежно смазав йодом исколотое бедро, всаживаю иголку в кожу. Никакой боли нет. О, наоборот: я предвкушаю эйфорию, которая сейчас возникнет. И вот она возникает. Я узнаю об этом потому, что звуки гармошки, на которой играет обрадовавшийся весне сторож Влас на крыльце, рваные, хриплые звуки гармошки, глухо летящие сквозь стекло ко мне, становятся ангельскими голосами, а грубые басы и раздувающихся мехах гудят, как небесный хор. Но вот мгновение, и кокаин в крови по какому-то таинственному закону, не описанному ни в какой из фармакологий, превращается во что-то новое. Я знаю: это смесь дьявола с моей кровью. И никнет Влас на крыльце, и я ненавижу его, а закат, беспокойно громыхая, выжигает мне внутренности. И так несколько раз подряд, в течение вечера, пока я не пойму, что я отравлен»

Мы понимаем, что и восторженное, и злобное отношение героя к игре сторожа на гармошке — результат действия страшного яда. И дивность, и отвратительность гармошки и заката существуют только в его больной голове. Мы, будучи здоровы, не увидели бы в игре сторожа ничего ни особенно восхитительного, ни ужасного. Кто из нас видит правильно? В атеистической картине мира — это бессмысленный вопрос. Оценка может быть верной или неверной в зависимости реальной ценности чего бы то ни было. А в картине вселенной, в которой разум является очень поздним продуктом эволюции космической пыли, никакой ценности и смысла в мироздании просто нет. Вы, конечно, можете сказать «а мне вот очень нравится туманность Андромеды», но это будет исключительно сообщением о происходящем в Вашей голове — как герою Булгакова (в момент эйфории) очень нравилась игра Власа на гармошке.

Говоря о «величии и красоте космоса» или о «таинственных глубинах вселенной» мы, в таком случае, описываем не больше, чем состояние наших мозгов — сам по себе космос это просто много-много водорода и гелия, и никакими качествами «величия» или «таинственности» в реальности он не обладает.

Однако это глубоко противно человеческой природе — и мы видим, как, исповедав веру в радикальную бессмысленность мироздания, люди тут же принимаются наполнять его смыслом, мифологизировать, усматривать в нем какую-то космическую драму, которая разворачивается в истории и в которой они сами являются участниками.

Та же Джил Тертер в своем выступлении говорит: «Это знаменательный год. В 2009 году отмечается 400-летняя годовщина первого использования телескопа Галилеем, 200-летие рождения Дарвина, 150 годовщина с момента публикации «Происхождения видов», 50-летие SETI как научной дисциплины, 25 годовщина со времени образования SETI как некоммерческой организации» — как если бы в истории действовал некий атеистический Промысел, и обещает, что «Обнаружение разумной жизни за пределами Земли искоренит одиночество и солипсизм которые были присущи нам с самого начала. И это не просто все изменит, это изменит все одновременно». Как если бы этот Промысел вел человечество к предназначенной им цели, к эсхатологическому преображению, которое сделает мир совершенно другим.

Говоря о «мифологизации», я отнюдь не насмехаюсь — подражая К.С.Льюису, я глубоко чту мифы. Это только в разговорном языке мы используем слово «миф» в значении «неправда, выдумка». Антропологи говорят о мифах как о повествованиях, (чаще всего о богах и героях), которые рассказывают о том, как мир (с его географией, природными явлениями и социальными структурами) стал таким, каким мы его видим, каково наше место в этом мире, на что нам надеяться и как нам должно поступать. Мифы отражают неистребимое стремление человека к смыслу и порядку.

Поиск инопланетного разума — проявление того же поиска смысла, и той же склонности к мифотворчеству. «Инопланетный миф» существует в разных версиях — в более грубой и примитивной, обращенной к воображению масс, версии, уфологи предъявляют горы «свидетельств», что инопланетяне уже давно посещают землю, оставляют следы везде — от пирамид Южной Америки до русских икон, а некоторых, особенно везучих (или невезучих, это как посмотреть) граждан даже похищают для опытов.

SETI — это более солидная, научная версия, ей занимаются добросовестные ученые, которые не выдумывают данных там, где их нет, и честно признают, что пока никаких признаков жизни в космосе не обнаружено. Но они призывают веровать и надеяться на то, что однажды боги выйдут на связь.

Несколько раз — последний раз это было в 1997 году — людям казалось, что они приняли сигнал от внеземного разума. На фотографии видно, как ученые ошарашенно сидят, уставившись в мониторы. Но потом всякий раз оказывалось, что это ошибка.

Но что люди будут делать, если они все же получат сигнал — и их по каким-то причинам не устроит его содержание? Допустим, космические собеседники попросят их сделать что-то, что им не хочется, или отказаться от дорогих им воззрений? Причем вовсе не потому, что инопланетяне окажутся какими-то злобными ящерами. Допустим, к людям обратятся прекрасные жители иных миров, исполненные доброты и мудрости — помните, как люди реагируют на доброту и мудрость в своей среде? В худшем случае, враждебно, в лучшем — с пренебрежением. Встреча с небесной добротой и мудростью может потребовать от нас изменений, которых мы вовсе не хотим. Нет ничего невозможного в том, чтобы установить связь, потом столкнуться с чем-то, что нас не устраивает, разорвать соединение и постараться забыть. (Если бы я был писателем-фантастом, я бы обязательно взялся за этот сюжет; впрочем, вероятно его кто-то уже использовал).

А что если — пойдем на шаг дальше — такой сигнал уже был получен и отвергнут? Что если наше космическое одиночество связано с нашимжеланием оставаться в одиночестве? Что, если с нами настойчиво пытаются выйти на связь — но именно мы отвергаем эти попытки?

Что если смысл, ценность, предназначение, красота в мироздании не иллюзия, не попытки проецировать на звезды содержимое наших голов — но то, что присутствует во вселенной изначально, с момента ее возникновения — или (произнесем, наконец, это слово) творения. Что если поэт, сказавший «выше солнца и планет есть у нас Отец Небесный» уже принял сигнал, пришедший из-за пределов нашего мира — а другие не принимают потому, что не хотят? Что если мы, на самом деле, находимся в густонаселенной вселенной, полной ангелов и святых, и просто предпочитаем оставаться в одиночестве? Что если Тот, кто является источником красоты, смысла и предназначения в мироздании, стоит у двери и стучит, пока мы предпочитаем прослушивать далекий космос в поисках радиосигналов? Скажете, что это просто религия? А попытки выйти на связь с некими сверхчеловеческими существами, которые должны будут разъяснить нам смысл жизни и помочь нам справиться с нашей неспособностью уживаться друг с другом, это что? Не еще ли одна языческая религия?

Этот сигнал людей не устраивает? Увы, дело именно в этом, и люди отправляются на поиски сигнала, который устроил бы их больше. Но это бессмысленно.

С нами уже вышли на связь — не некие премудрые существа из глубин мироздания, но сам его Художник и Устроитель. Вопрос только в том, как мы реагируем на полученные сигналы.

Источник



Tags: Вечное, Высшие ценности, Вѣра
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments