cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Categories:

Список Бастрыкина Сегодня, 19:55 ОКОНЧАНИЕ

Оригинал взят у marija_vera в Список Бастрыкина Сегодня, 19:55 ОКОНЧАНИЕ

Начало

- Но почему сбором доказательств занимается именно Россия? Не напрасно ли Следственный комитет тратит силы и время? Если, как Вы утверждаете, уголовное преследование за военные преступления возможно со стороны любого государства-участника Женевских конвенций, то, может, пусть они и занимаются этими делами?
Александр Бастрыкин: Вне зависимости от того, какой суд, национальный или международный, будет рассматривать дела, ему потребуются доказательства. И вряд ли действующие украинские власти, да и европейские правоохранительные органы в сложившейся политической ситуации изъявят желание собирать их. Кроме того, украинский народ неразрывно связан с российским, поэтому этот конфликт непосредственно затрагивает нашу страну. Большинство его невольных жертв переселяются именно в Россию. Статус беженца уже предоставлен почти 108 тысячам человек. Развернуто более 400 пунктов временного размещения граждан Украины. Отрадно, что жители России не только сострадают, но и реально помогают братскому украинскому народу. Они уже приютили около 534 тысяч вынужденных переселенцев из Украины.
Помимо этого, промедление с фиксацией следов преступления, в том числе с проведением допросов очевидцев и жертв, изъятием вещественных доказательств, может повлечь за собой их невосполнимую утрату. Именно поэтому мы делаем эту титаническую работу, в рамках которой уже допрошено в качестве свидетелей и потерпевших около 109 тысяч человек, в том числе более 2 тысяч несовершеннолетних.
- Вы сказали, что инициировать разбирательство в международных судах могут Совбез ООН или прокурор Международного уголовного суда. Почему же они не делают этого?
Александр Бастрыкин: На этот вопрос сложно дать однозначный ответ. Вероятно, вследствие недостаточно объективного освещения украинского конфликта в западных СМИ они не видят всего масштаба бедствия. А может быть, считают, что этот масштаб еще не достиг того уровня, когда он должен вызвать озабоченность международного сообщества. Возможно, немаловажную роль в процессе принятия подобного решения играет политическая составляющая конфликта. Иначе, чем объяснить то обстоятельство, что в международных судебных инстанциях инициировались разбирательства дел по злодеяниям, повлекшим гораздо менее существенные по своим масштабам и тяжести последствия.
- И примеры можете привести?
Александр Бастрыкин: Например, Президент Кении Уильям Руто был предан суду за преступления против человечности, совершенные во время протестов по результатам президентских выборов в 2007 году. Жертвами этих преступлений стали около двух тысяч человек.
На юго-востоке же Украины уже погибло более 6000 мирных жителей, причинен вред здоровью 16 000 человек, полностью или частично разрушены 15 000 жилых домов, вынужденно покинули места своего постоянного проживания более 800 000 тысяч человек русскоязычного населения. И это только по данным, находящихся в нашем производстве уголовных дел. Однако есть основания полагать, что в действительности жертв конфликта гораздо больше. Закономерен вопрос: сколько же еще потребуется жертв и разрушений, чтобы можно было считать, что сложившаяся ситуация представляет угрозу международному миру и безопасности?!
- Хотелось бы еще услышать Ваши прогнозы.
Александр Бастрыкин: По поводу судьбы обвиняемых лиц прогноз я уже дал. Это - один из трех возможных сценариев предания их суду. Применительно же к политической ситуации на Украине я бы отметил, что практика подобного рода конфликтов свидетельствует о том, что режимы, пришедшие к власти путем антиконституционного свержения действующего руководства страны (будь то мягкое или жесткое свержение), обычно не могут находиться у власти долго. Примером тому служит правление Саакашвили на посту Президента Грузии. Не только у нас, но и у грузинского народа, а также у правоохранительных органов этого государства к нему накопилась масса вопросов, на которые, как мы надеемся, ему рано или поздно предстоит ответить.
Симптоматично, что уже сейчас в украинской политической элите наметился раскол. Бывшие союзники, которые в 2014 году "бок о бок" стояли на майдане, будучи сплоченными идеей свержения президента Виктора Януковича, уже превратились или начинают превращаться в заклятых врагов. Всем очевидно, что кроме стремления учинить антиконституционный переворот у них не было ничего общего. Ужесточилась борьба контролирующих ключевые посты во власти олигархических структур за сферы финансового и политического влияния. Против них уже настроились убежденные приверженцы праворадикальных идей, которые полны решимости продолжать кровопролитную войну до победного конца, иными словами - до уничтожения последнего инакомыслящего. К праворадикалам примкнули люди, которые под лозунгом этих идей просто набивают свои карманы путем циничного разграбления населения и наглого отъема собственности. Вооруженное противостояние подогревается оказанием военной помощи Украине со стороны США и ряда других стран. Все эти процессы происходят на фоне тотального экономического кризиса, последствия которого испытывает на себе население страны. Поэтому участь украинской политической системы незавидна, если, конечно, у тех, кто олицетворяет различные ее составляющие не возобладает здравый политический, да и просто человеческий смысл.
- Александр Иванович, Ваш рецепт, как бороться с управляемыми конфликтами?
Александр Бастрыкин: В первую очередь, надо сделать так, чтобы их появление стало невозможным в принципе. Факторы конфликтов известны. Поэтому необходимо тщательно отслеживать и оперативно пресекать всякие попытки пропаганды радикальной идеологии, особенно среди молодежи. Этому вопросу в Следственном комитете уделяется особое внимание. Вы знаете, что нами проводятся проверки по фактам покушения на вербовку наших граждан в ряды боевых отрядов ИГИЛ. Кроме того, необходим жесткий контроль потоков финансирования из-за рубежа некоммерческих организаций, участвующих в политической деятельности. И, с этой точки зрения, мы поддерживаем внесенные в наше законодательство изменения, предусмотревшие для таких организаций статус иностранных агентов, а также принятый в этом году закон о нежелательных иностранных организациях.
- Эти законы подверглись жесткой критике со стороны прозападных правозащитников и политических деятелей.
Александр Бастрыкин: Было бы очень странно если бы они промолчали, но мы исходим из известного правила: если такая критика от "пятой" колонны звучит - значит все правильно делаем. Противодействию конфликтам будет способствовать и открытая и объективная информационная политика государства, в результате которой наши граждане будут информированы о том, как происходят эти процессы и к чему они могут привести.
- Кстати, по поводу информационной политики. Вы и Ваши коллеги испытываете информационное давление по "громким делам". Хватит сил и дальше придерживаться занятой принципиальной позиции?
Александр Бастрыкин: Совершенно очевидно, что известным политическим силам за рубежом, да и в нашей стране, не нравится, что Россия становится мощной державой, способной отстаивать свои геополитические интересы. Но этим силам рано или поздно придется смириться с тем, что отныне политическая линия нашей страны будет именно такой. Ни меня, ни моих коллег нисколько не пугает то информационное давление, которое оказывается на нас в связи с резонансными уголовными делами, связанными, в свою очередь, с событиями на Украине, да и не только с ними. Развязанная против Следственного комитета РФ информационная война не ослабила ведомство, а сделала его еще сильнее.
А на Ваш вопрос, не боимся ли мы давления и санкций, не отступим ли назад, я отвечу так: за нами страна и народ. Правда на нашей стороне, а это значит, что наше дело правое. Поэтому никакого отступления не будет. Наоборот, наша деятельность станет более целенаправленной, активной и, убежден, еще более эффективной и результативной.
- Казалось бы, что после стольких войн, прошедших на рубеже 20-го века, а также Нюрнбергского, Токийского и других судов над военными преступниками должно было прочно укорениться в мировом сообществе осознание того, что преступления против мира представляют наивысшую угрозу. Однако на Украине продолжаются кровопролитные военные действия. В других государствах бывшего СССР тоже периодически вспыхивают вооруженные противостояния. Как Вы думаете, в чем причина этих процессов?
Александр Бастрыкин: Следственный комитет в настоящее время расследует события, непосредственно относящиеся к двум "горячим точкам" за пределами России: в Южной Осетии и на Украине. Эта работа позволила выявить определенную закономерную связь трагических событий в этих регионах с другими очагами напряженности, в том числе и имевшими место на постсоветском пространстве. Становится все более очевидно, что они вовсе не носили неизбежного характера. Наоборот, есть все основания полагать, что конфликты периода распада Советского Союза были спровоцированы путем активного и, мягко говоря, отнюдь недружественного вмешательства внешних сил во внутренние дела суверенных государств.
Можно выделить, по крайней мере, четыре существенных фактора, которые в совокупности выступили в качестве предпосылок возникновения и разрастания указанных конфликтов.
- Можно о каждом факторе по подробнее?
Александр Бастрыкин: Первым и наиболее важным из них является фактор идеологического воздействия на людей. В этих целях обычно используются исторически традиционно близкие местному населению духовные и идейные ценности, современное значение которых намеренно искажается, излишне драматизируется и, если так можно выразиться, гиперболизируется и радикализируется.
Так, в конце 80-х годов прошлого столетия универсальной идеологической первопричиной многочисленных конфликтов стали радикальные националистические идеи, проповедники которых недобросовестно использовали вполне понятные стремления народов СССР к самоидентификации и развитию национальных особенностей. Националистические идеи становились популярными, что, в свою очередь, вело к появлению активистов и их лидеров. Давайте вспомним, ведь именно на фоне межнациональных разногласий в 1988 году разгорается один из наиболее кровопролитных в тот период карабахский конфликт, в результате которого произошли вынужденные массовые переселения людей по национальному признаку.
В июле 1989 года в Сухуми возникает противостояние между грузинами и абхазами. В том же году происходят столкновения узбеков с турками-месхетинцами, затем с евреями, армянами, а спустя месяц в киргизском городе Ош - с киргизами. В Северной Осетии усложняются отношения между осетинами и вернувшимися туда после депортации ингушами. В том же 1989 году появились предпосылки для приднестровского конфликта, который в 1992 году перерастает в открытое вооруженное противостояние. В это же время проходят первые массовые митинги националистически настроенных граждан в Киеве на площади Октябрьской Революции.
- И какой вывод из всего сказанного?
Александр Бастрыкин: Есть основания полагать, что массовая волна радикальных националистических движений была вовсе не случайной. У сторон, противоборствующих в этих конфликтах, подозрительно быстро появляются материально-технические и финансовые ресурсы, позволяющие вести активные вооруженные действия. Например, как следует из показаний членов УНА-УНСО, уже через год после создания этой праворадикальной организации, она имела свои представительства почти во всех регионах Украины и они активно, правда чаще всего, за вознаграждение вербовали в свои ряды представителей местного населения. Для реализации стоящих перед ней задач организация в короткие сроки обзавелась помещениями, военной экипировкой, тренировочными лагерями, оружием и другим военным имуществом. Все это, разумеется, было бы немыслимо без серьезной финансовой подпитки. И вряд ли она обеспечивалась за счет средств граждан Украины, живших в то время на зарплаты, которых едва хватало на пропитание. А уж тем более этим не занимались украинские организации коммунистической и социалистической ориентации.
Вне всякого сомнения, установки на разжигание противостояний в республиках бывшего СССР, а также деньги на эти цели дестабилизации обстановки в этих странах поступали из-за рубежа. К сожалению, расследование подобных фактов тогда или вообще не проводилось, или проводилось очень поверхностно.
Между тем, участники УНА-УНСО в своих показаниях прямо указывают, что их организация финансировалась за счет пожертвований иностранных граждан - потомков эмигрантов и приверженцев бандеровской идеологии, а также близких им по духу.
- Какая еще идеология использовалась для разжигания конфликтов на постсоветском пространстве?
Александр Бастрыкин: Кроме крайнего национализма, на вооружение были взяты методы манипулирования религиозным сознанием, которые успешно использовались на Северном Кавказе. Здесь активно насаждались намеренно искаженные и радикализированные идеи ваххабизма. Под лозунгом "Война с неверными" осуществлялись вербовки людей и обучение их диверсионной работе. Хотя, как известно, традиционный ваххабизм, сформировавшийся в 18 веке как религиозное течение ислама, никогда не проповедовал насилие и ненависть. При этом по всему Кавказу беспощадно уничтожались муфтии, старейшины и другие религиозные лидеры, которые пытались открыть местному населению глаза на традиционные и истинные ценности ислама.
- Какой, помимо идеологии, второй фактор в предлагаемой Вами формуле конфликтов?
Александр Бастрыкин: Повторюсь: финансовая основа конфликта, которая позволяет определенной системе ценностных установок воплотиться в жизнь в виде реально действующей и эффективной силы. США уже давно осознали важность такой силы. Они в постоянном режиме отслеживают по всему миру даже самые незначительные очаги напряженности с тем, чтобы финансово подпитать их очаги деньгами. Расчёт прост: они рано или поздно перерастут в полномасштабное политическое противостояние. Причем как показывает практика, последствия таких управляемых кризисов зачастую могут быть весьма серьезными, а иногда - непредсказуемыми, в том числе и для самих их организаторов. Внешне безобидные события в течение короткого времени могут перерасти в, так называемое, "мягкое" свержение действующей власти или (как этот процесс называют американские идеологи) в "бархатную революцию". По такому сценарию, например, развивалась ситуация в Грузии и Кыргызстане. Однако бывает и так, что ситуация выходит из-под контроля организаторов, и противостояние выливается в затяжной кризис, результатом которого становится долгое вооруженное противостояние, как это было в Нагорном Карабахе, Южной Осетии и сейчас на Украине.
- Ну, хорошо, а какой третий элемент в Вашей формуле кризисов?
Александр Бастрыкин: Это то, что называют поводом для конфликта или та отправная точка, минуя которую, идеологический кризис перерастает в фазу открытого, широкомасштабного, силового, а иногда, и кровопролитного противоборства. Анализ событий показывает, что зачастую в качестве такого повода могут выступать откровенно провокационные действия, в результате которых у власти, а чаще, - у группы протестующих, возникает устойчивая мотивация для применения силы. Для обострения ситуации и доведения ее до крайности могут использоваться различные специальные приемы, как, например, в случае с загадочными снайперами на Киевском майдане, учинившими расстрел участников митинга. Подобные действия совершаются с одной целью - посеять панику и разжечь гнев масс.
Недавно в Армении возникла ситуация, чем-то похожая на события на майдане начала 2014 года. При этом многими наблюдателями отмечены подозрительные особенности, не характерные для протестных акций, происходивших в Армении ранее. Например, в толпе находились люди в масках, которые открыто призывали окружающих к насилию в отношении представителей власти. Именно эти люди показывали другим участникам митинга весьма эффективные способы защиты от водометов. Все действия полиции, пресекающей провокации протестующих, записывались на камеры мобильных телефонов, вероятно, для передачи этих записей заказчикам событий. Кроме того, в толпе были люди с флагами Евросоюза, которые, видимо, должны были указывать протестующим путь в "светлое будущее", которое сулила Армении интеграция не в Евразийский, а Европейский союз. Это свидетельствует о заранее спланированном и провокационном характере действий, которые были направлены на создание повода для перехода медленно тлеющего конфликта в активную фазу. Весьма симптоматично, что посольство США в Армении сразу же после начала протестных акций обнародовало заявление, в котором выразило "обеспокоенность" по поводу, якобы, неправомерного применения полицией "неоправданно жесткой силы" при разгоне митинга и потребовало (именно потребовало!) от властей суверенного государства Армении проведения тщательного расследования. Вообще же, похоже, Штаты не вполне устроило то, что в конечном итоге конфликтная ситуация не приобрела столь же революционного размаха и разрушительного характера, как это имело место на Украине.
- В чем же заключается четвертый элемент в механизме развязывания конфликта?
Александр Бастрыкин: Слабость самой власти, ее нежелание или неспособность выявить вышеуказанные факторы конфликта, проявить государственную волю и адекватно, своевременно нейтрализовать их. Так произошло с советской системой государственного управления. Тогдашнее руководство Советского Союза, видимо, не допускало саму возможность возникновения и развития в СССР так называемых "управляемых конфликтов", инициированных из-за рубежа. В результате упомянутые мной кровопролитные события начала 80-х годов первоначально рассматривались не как массовое и заданное извне системное явление, а как изолированные локальные столкновения отдельных групп граждан, которые, как казалось, не представляют какой-либо серьезной угрозы для государства в целом и в скором времени прекратятся сами собой. Поэтому борьба велась со следствием этого явления, а не с его причиной. Именно нежелание видеть истинные предпосылки этих конфликтов и принимать адекватные, но законные меры к их предотвращению и стало, в конце концов, среди прочего, причиной распада СССР.
На память также приходят события, связанные со сложением полномочий Президентом Грузии Эдуардом Шеварднадзе под нажимом тогда молодого и амбициозного проамериканского политика Михаила Саакашвили. Что это, как ни проявление слабости со стороны законных органов власти грузинского государства?
Вспомним, наконец, ситуацию начала 2014 года на Украине, когда Президент Виктор Янукович также оказался не в состоянии противостоять радикальным силам, фактически вполне открыто управляемым из-за океана.
И наоборот, еще раз подчеркнем, недавний кризис в Армении не перерос в массовое вооружённое противостояние, видимо, потому, что наученное горьким опытом нагорно-карабахского конфликта руководство этого государства сделало правильные выводы и не допустило активизации в стране социальных групп, мотивированных националистической, радикал-религиозной или другой крайней идеологией.
- Какие еще закономерности удалось выяснить в процессе расследований, проводимых Следственным комитетом РФ?
Александр Бастрыкин: По уголовным делам о преступлениях, совершенных в Чеченской Республике, установлено, что большая часть лидеров правых национал-радикальных движений, участвовавших в феврале 2014 года в антиконституционном перевороте на Украине, в свое время воевала в Чечне на стороне незаконных бандформирований, а до этого принимала участие в конфликтах в Приднестровье, Нагорном Карабахе, Южной Осетии и других горячих точках. Именно там они приобрели опыт ведения не только боевых действий, но и идеологической войны, который умело применили для дестабилизации политической обстановки на Украине. Примечательно, что в материалах дела имеется видеозапись интервью одного из лидеров украинского радикал-националистического движения УНА-УНСО Александра Музычко по кличке "Сашко Билый", которое он дал в Чечне еще в начале 90-х годов. В нем он произносит такую фразу: "…Если мы переживем эту войну (имея в виду военные действия в Чеченской Республике), то что нам вообще нечего бояться…, мы придем и наведем порядок у себя на Украине". Так и произошло. Вернулись... и навели "порядок", уже унесший жизни тысяч людей.
- Можете ли Вы назвать других лиц, к которым у следствия есть вопросы в связи с участием в вооруженных конфликтах в Чечне и на Украине?
Александр Бастрыкин: Назову наиболее одиозные фигуры, которые сейчас "украшают" пьедестал украинского политического Олимпа:
Дмитрий Корчинский - руководитель УНА-УНСО, который недавно в эфире украинского телеканала публично призвал к созданию фильтрационных лагерей для русскоязычных жителей Луганска и Донецка;
Игорь Мазур - руководитель киевского отделения этой организации;
Дмитрий Ярош - депутат Верховной Рады Украины, советник Главнокомандующего Вооруженных сил Украины, лидер праворадикальных организаций "Правый сектор" и "Тризуб";
Валерий Бобрович - командир карательного отряда "Арго", сформированного в составе боевого крыла УНА-УНСО. Награжден орденом "Вахтанга Горгасали" 3 степени, почетный гражданин Грузии. Наверное, догадываетесь, за какие заслуги;
Олег Тягнибок - депутат Верховной Рады Украины ряда созывов, кандидат в Президенты Украины. Человек, известный своими громкими русофобскими и антисемитскими высказываниями. И его брат - Андрей Тягнибок, который ранее был судим за неосторожное причинение смерти, а в настоящее время - депутат Верховной Рады Украины;
Владимир Мамалыга - активный член ряда националистических движений.
Все они обвиняются в участии в преступлениях, совершенных в отношении военнослужащих российских Вооруженных Сил и внутренних войск МВД России в ходе контртеррористической операции, проводимой на территории Чеченской Республики в период 1994 - 1995 годов. В отношении этих лиц приняты решения об объявлении их в международный розыск и заключении под стражу. Следствием также установлено, что в эти же годы вместе с ними в составе карательного отряда "Арго", а затем "Викинг", руководимого Александром Музычко, против военнослужащих российских Вооруженных Сил воевал Арсений Яценюк.
- Интересный факт, а можно подробнее о нем?
Александр Бастрыкин: По данным следствия, Арсений Яценюк участвовал как минимум в двух вооруженных столкновениях, происходивших 31 декабря 1994 года на площади Минутка в городе Грозный и в феврале 1995 года в районе городской больницы № 9 города Грозный, а также в пытках и расстрелах пленных военнослужащих российской армии в Октябрьском районе города Грозный 7 января 1995 года. По имеющимся у нас сведениям, Арсений Яценюк в числе других активных участников УНА - УНСО в декабре 1995 года награжден высшей наградой Джохара Дудаева "Честь нации" за уничтожение российских военнослужащих. Допрошенные соратники Яценюка характеризуют его как человека образованного, умного, но при этом хитрого и изворотливого, что называется, с малых лет стремящегося к власти и публичности. В начале 1995 года Арсений Яценюк в составе группы журналистов через Грузию вернулся на Украину. В последующем он неоднократно был замечен на съездах и других мероприятиях УНА-УНСО в Киеве.

Источник: rg.ru.
Tags: трибунал
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments