cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

«Сталинград» в курильском преферансе: почему США пугают Японию морской войной?

Оригинал взят у sokura в Андрей Ганжа. «Сталинград» в курильском преферансе: почему США пугают Японию морской войной?
Оригинал взят у wod_1958 в Андрей Ганжа. «Сталинград» в курильском преферансе: почему США пугают Японию морской войной?
Оригинал взят у marija_vera в «Сталинград» в курильском преферансе: почему США пугают Японию морской войной?

«Сталинград» в курильском преферансе:
почему США пугают Японию морской войной?


23 июня 2016
08:32


«Господи, дай мне понять до глубины день сегодняшний и не пугай меня завтрашним!» — святой Филипп Нери.

То, что Китай начал крупную геополитическую игру по взятию под контроль Восточно- и Южно-Китайского морей — это уже «объективная реальность, данная нам в наших ощущениях». Ощущения — это постоянные претензии на остров Сенкоку, строительство взлетно-посадочных полос на островах архипелага Спартли, создание там своей опознавательной зоны ПВО и явная экспансия «от острова к острову», в направлении Малаккского пролива и Сингапура. У соседей и «планетарного контролёра», США, это вызывает некоторый трепет, поэтому в регионе полным ходом идет процесс поиска партнеров и создания коалиций по линии противостояния «Пекин — Вашингтон».

Ставка велика: восточная часть океанического Великого Муссонного пути, соединяющего Тихий и Атлантический океаны. Если в деньгах, то уже в 2009 году объем товаров, перевозимых в этой части оценивался в $ 5 трлн. В результате потенциал конфликта, который сегодня закладывается в районе полузамкнутых морей Тихого океана у берегов Юго-Восточной Азии, завтра может взорваться так, что нынешняя толкотня в Восточной Европе и на Ближнем Востоке покажется детскими обнимашками в песочнице.


В поисках «знака и символа»

В этом противостоянии Россия играет внешне пассивную роль, ограничиваясь декларациями поддержки Китая и эпизодическим участием в совместных с китайским флотом акциях. Короче, на первый взгляд, добросовестная «ресурсная подушка» Пекина, периодически изъявляющая желание увеличить количество поставляемых ресурсов и качество их подачи (т.е. новые трубопроводы). Однако, если присмотреться, Россия осознала свой шанс укрепления позиций в этом «противостоянии Муссонного Пути».

17 июня спикер российского парламента Сергей Нарышкин озвучил сроки возможной встречи президента России Владимира Путина с японским премьером Синдзо Абе: во Владивостоке в начале сентября 2016 года. Наивно предполагать, что стороны привезут во Владивосток какие-то новые предложения по теме «северных территорий» (= южных островов Курильской гряды). Ведь речь идет о Восточной Азии, месте, где «знаки и символы правят миром, а не слово и закон» (Конфуций). Южные Курилы уже давно стали «знаком и символом» российско-японских отношений, и уступка символа неприемлема ни для одной из сторон. Уступить в полувековом споре — это означает «потерять лицо», самый страшный сон для любого азиатского политика. Так что в вопросе «северных территорий» стороны примут традиционные агрессивно-уклончивые позы, а потом также традиционно перенесут решение проблемы «на будущее».

Для России, к тому же, Курилы сейчас являются важной составной частью программы наращивания сил в регионе, которую можно рассматривать как одну из последних возможных попыток Москвы сохранить за собой Дальний Восток и Восточную Сибирь. Ведь попытки России остановить отток населения из этих краев пока ощутимых результатов не принесли. Хотя идеи предлагаются яркие и заманчивые: раздача бесплатной земли («дальневосточный гектар»), создание там «территорий опережающего развития», амбициозный проект технико-внедренческого лабораторного комплекса на острове Русский. Это тоже «символы» российского присутствия, но «символы» неубедительные.

В текущих условиях удержать территории можно только силой, но и с этим сейчас проблема. Ведь на Дальнем Востоке даже Тихоокеанский флот РФ (основная стратегическая единица региона) «…внутри себя разделен на Приморскую и Камчатскую флотилии, которые находятся далеко друг от друга» (Александр Храмчихин, Институт политического и военного анализа).

Поэтому Россия в настоящее время принимает беспрецедентные меры по милитаризации и развитию военной инфраструктуры Дальнего Востока. По информации командующего Восточным военным округом РФ генерала Сергея Суровикина, туда будет поставлено 100 образцов ракетного и артиллерийского вооружения, 50 зенитных ракетных комплексов и радиотехнических средств ПВО, три корабля, 20 береговых ракетных комплексов, а также 60 самолетов и вертолетов. А еще в 2014 году Федеральное агентство по делам строительства РФ начало возводить пять стационарных объектов радиолокации и пунктов наведения авиации в прибрежных морях Северного Ледовитого океана — на острове Средний (архипелаг Северная Земля), на острове Земля Александры (архипелаг Земля Франца-Иосифа), на острове Врангеля и мысе Шмидта (Чукотский автономный округ) и в поселке Рогачёва на Южном острове (архипелаг Новая Земля).

В этой милитарно-строительной суете Курильской гряде явно отведена особая роль. На «спорных» островах (Итуруп и Кунашир) готовится системный комплекс российских вооруженных сил, включающий береговые противокорабельные ракетные комплексы «Бал» и «Бастион», а также зенитные ракетные комплексы «Тор». На острове Матуа (центральная часть архипелага), похоже, планируется создание стратегической базы Тихоокеанского флота, которая и свяжет в единую систему Камчатскую и Приморскую эскадры.

В контексте японо-российских отношений это «кнут» для японцев, потому что ТАКОЕ не отдается по историческому капризу соседа. Но есть и «пряник». Он называется Северный Морской Путь (СМП).

«Арктика» как «принуждение к разработке…»

16 июня 2016 года в Санкт-Петербурге, на Балтийском заводе, был спущен на воду атомный ледокол «Арктика», первый в серии из трех кораблей (строятся еще «Урал» и «Сибирь»), призванных начать новый этап в освоении маршрута (предыдущий почил во бозе с развалом СССР). Попытка его активизации, предпринятая в конце «нулевых», нарвалась на антироссийские санкции: если в 2013 году 70 судов перевезли по этому маршруту 1 335 897 тонн грузов, то год спустя этот объем упал до 274 000 тонн, почти в 5 раз!

Экономический эффект Севморпути мало кем подвергается сомнению и подтвержден практикой. В августе 2013 года китайский контейнеровоз Yong Sheng (19 000 тон) прошел от китайского порта Далянь до европейского Роттердама за 35 суток. Традиционный маршрут (Муссонным путем и через Суэцкий канал) занял бы 48 дней, поскольку он на 2 500 морских миль длиннее. Если в российском формате, то расстояние, проходимое судами из Мурманска в японскую Йокогаму через Суэц составляет 12 800, то по СМП — только 5 800 миль. Расчетливые норвежцы сразу подсчитали, что переход из норвежского Киркенеса в китайский Шанхай по СМП экономит балкеру класса «Панамакс» 21 день пути, в сравнении с маршрутом через Суэцкий канал. В материальном плане это означает экономию $ 820 000 и 3980 тонн выброса CO2.
Конечно, СМП (как и весь российский Крайний Север, север Сибири и Дальний Восток) — это бесконечное количество проблем. Те, кто был там знают, что этот край — иная планета, мало приспособленная для существования не только человека, но и металла.

Тем не менее, политическое решение об активизации СМП является ещё и «принуждением к разработке» и, главное, использованию, внедрению новых высоких технологий, начиная от оружия, транспорта и связи и заканчивая нижним бельем да металлургическими сплавами с новыми свойствами. Зато о ресурсных «плюсах» освоения русского Крайнего Севера, севера Сибири и Дальнего Востока (ну и арктического шельфа, естественно) рассказывать, полагаю, не стоит.

Кроме того, есть еще один многозначительный момент. Недавно в журнале Science был опубликован вывод климатологов Канады и США о том, что в результате глобального потепления к 2070 году климат Северного полушария станет более жарким и сухим, что приведет к гибели растений и миграции животных на север. Регионами, пригодными для жизни были названы те, что расположены севернее 49-го градуса, в первую очередь — Сибирскую тайгу и Канаду. Так что следует уже сейчас готовиться к климатическим миграциям. А в них преимущество имеет тот, кто (1) обладает лучшим оружием и (2) первый успел.

Текущие события позволяют предположить, что Россия готова предложить Японии (стране со вторым в мире запасом золотовалютных резервов) участие в программе реального освоения ресурсов и логистики своих «северных территорий» (от Мурманска до Чукотки). Конфуцианскими «знаками» стороны уже обменялись.

Вэлкам, томодачи!

6 мая Синдзо Абе, возвращаясь из европейского турне, встретился в Сочи с Владимиром Путиным и предложил свои «8 пунктов», план сотрудничества, касающийся преимущественно Дальнего Востока. Безусловно, некоторые из них, особенно «Развитие городов: строительство домов на севере, систем водопотребления и канализации, транспортной сети» (пункт 2) и строительство аэропортов и морских портов на Дальнем Востоке (пункт 6) бесконечно интересны для московских планов деятельности на своих северах. Причем интересно, что в комментариях японской стороны «8 пунктов Абе» рассматривались исключительно как средство решения проблемы «северных территорий». Однако уже на следующий день в японской прессе было замечено, что российские официальные лица, включая министра иностранных дел Сергея Лаврова, представляли переговоры по северным территориям и об экономическом сотрудничестве как не связанные между собой, и что «в ходе 35-минутной беседы с глазу на глаз премьер Абэ предложил президенту Путину не зацикливаться на принадлежности четырех островов» (Акиёси Комаки, «Асахи симбун»).

Американцы просто разозлились. The Wall Street Journal писало о том, что во времена, когда США проводят жесткую санкционную политику в отношении России, «их стратегический союзник Япония ищет пути для укрепления дружбы с Москвой».

А через полтора месяца спустили на воду «Арктику», ледокол, предназначенный для работы не только в открытом море, но и в устьях великих сибирских рек (намек на круглогодичное использование маршрута?). Причем спуск был произведен с опозданием, еще в августе прошлого года он был анонсирован «к 160-летию Балтийского завода», то есть к 25 мая. Зато день спуска совпал с торжественным открытием в Токио 11-го «Фестиваля русской культуры», посвященному на этот раз «60-летию восстановления дипломатических отношений между Россией и Японией». С российской стороны этот фестиваль патронировал спикер Госдумы Сергей Нарышкин. Который на следующий день, 17 мая, вновь актуализировал в средствах массовой информации тему владивостокской встречи Путина и Абе.

Если «знаки и символы правят миром», то спуск «Арктики» и его информационное сопровождение вполне можно рассматривать именно как «знак», реакцию на «8 пунктов» Синдзо Абе: Россия готова пустить своих японских томодачи (друзей) на Дальний Восток уже не на коммерческом (и не островном), но на государственном уровне. За крупные инвестиции, разумеется.

И даже если версия с «Арктикой» — это не более, чем плод возбужденной конспирологии, то все равно — в случае позитивной динамики новой реинкарнации Северного Морского Пути, Токио неизбежно будет вынужден реагировать. Хотя бы потому, что предпоследний участок СМП (Японское море) — это более 1 200 морских миль, так или иначе, но вдоль побережья Японии. Дальше — китайцы и Шанхай.

И тогда Япония будет вынуждена либо противодействовать проекту (но русские для этого варианта готовят ракеты и базу на острове Матуа), либо участвовать, искать свои профиты в новом паневразийском торговом маршруте… Либо меланхолично наблюдать, как «настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями» (Ильф и Петров).

В преферансе есть ситуация «Сталинград», когда игрок заставляет соперников вистовать (играть), причем «втемную» и независимо от их желания и наличия у них козырных карт. Если новая версия СМП получится, то он станет именно такой игрой России в Арктике и северо-западной части Тихого океана.

А пока остается только задаваться вопросами… С чем мы имеем дело? С традиционным для России поиском денег в обмен на преференции в своем же доме? Или наблюдаем самые первые робкие шаги по образованию маловероятной, но бесконечно эффективной, в случае создания, геополитической оси Москва — Пекин — Токио? Не на этот ли случай основатель аналитической компании Stratfor, нередко именуемой «теневым ЦРУ», Джордж Фридман предсказывал морскую войну между США и Японией? Будущее покажет.


Андрей Ганжа, специально для EADaily

http://eadaily.com/ru/news/2016/06/23/stalingrad-v-kurilskom-preferanse-pochemu-ssha-pugayut-yaponiyu-morskoy-voynoy



Tags: Руские идут!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments