cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Телевидение как рекламный спонсор терроризма

Оригинал взят у alex_serdyuk в Телевидение как рекламный спонсор терроризма

Пропорции представленности культа насилия, разврата, выигрышей на «поле чудес», мыльных сериалов и консервации зла всех оттенков юмористами жестко фиксированы для любого канала. По некоторым оценкам, в США к 18 годам ребенок успевает посмотреть на экране 67 тысяч сцен насилия и убийств. Но мы, безусловно, превзошли США по этим показателям.

Это позволяет сгружать непосредственно в образах в долговременную память, в бессознательные уровни психики телезрителей стереотипы мышления и автоматизмы поведения, желательные для знахарей, реализующих концептуальную власть, и их местных подручных. При этом алгоритмы программирования психики ничем не отличаются от применяемых магами-колдунами. Если зритель и тем более ребенок видит русские народные сказки, где добро побеждает зло, то у него формируются стереотипы подобного поведения. Ежедневно наблюдаемые грабежи и насилие, крупные выигрыши на «полях чудес» вне сферы созидания с неизбежностью формируют и запускают иные поведенческие стереотипы.

Результативность и эффективность такой телевизионной ворожбы в 1960-е-1970-е годы установила еще американская социология. Демонстрация на экране насилия, разврата и лжи с неизбежностью гарантированно порождает такую же вседозволенность в реальной жизни. Жизненные ситуации программируются поведенческими стереотипами из эфира. Приведем по этому поводу цитату из статьи в газете «Известия» (23.10.2002) с подзаголовком «Без телевидения терроризм не имеет смысла»: «Задолго до террористических актов отечественное телевидение методично — версткой новостей, политикой закупок фильмов, криминальными (11 выпусков в день) программами — готовило нас к роли потенциальных жертв настоящего, реального насилия».
Йоги утверждают: «Слово, повторенное миллион раз, становится предметом».

Мощность воздействия картинок и образов несопоставимо большая.

Если кто-то думает, что хозяева эфира сеют зло и террор в наше общество по ошибке или из-за непонимания, то он глубоко заблуждается. Эта азбука программирования жизненных обстоятельств им хорошо известна. Когда телевизионная ворожба на эгрегориально-матричном уровне привела к событиям в Москве, то в дни трагедии были сняты с эфира все без исключения повседневные кошмары, шли только ленты советских времен с Крючковым, Рыбниковым, Тихоновым. Боялись попасться на колдовстве с поличным под горячую руку, следовательно, хозяева эфира понимают разницу между добром и злом, а зло творят вполне осознанно.

Эфир заполнен предсказаниями и прогнозами. Прогнозы отличаются от пророчества не по существу, а по источнику их происхождения. Пророчество — это то, что дается человеку с иерархически более высоких уровней управления по отношению к психике человека. То есть с уровня эгрегоров, формируемых коллективной психикой, или непосредственно от Бога — Творца и Вседержителя. При этом человек имеет возможность более или менее адекватно огласить пророчество среди себе подобных. А вот прогноз — это плод собственных усилий, реализуемых с уровня индивидуальной психики. При этом негативные прогнозы при определенных условиях могут выполнять позитивную функцию предостережения, когда даются за-благо-временно, а люди в ответ на них успевают покаяться, переосмыслить происходящее и изменить себя и свое поведение.

Однако внесение негативного прогноза в бездумную толпу напрямую программирует катастрофичность будущего и делает его более вероятным. Известны и поговорки на эту тему: «Накликать беду», «Не буди лиха, пока тихо», «Что посеешь, то и пожнешь». Всмотритесь в новостные программы, и вы увидите алгоритмы прямого нейролингвистического программирования катастроф. За неделю до какого-нибудь юбилея ввода войск в Чечню или иного события начинается ежедневная истерия по схеме «накликать беду». «По данным, имеющимся у нас, в день юбилея боевики готовят серию террористических актов...» и т. п. После одного-двух десятков таких сообщений не произойти этого уже просто не может, поскольку эта информация раскачивает и приводит в действие эгрегор, под водительством которого находится психика организаторов, участников и жертв терактов.

Достаточно часто предпринимаются попытки представить телевидение не более чем зеркалом, объективно отражающим происходящее. Мы не согласны с этим, и вот почему. За все смутное время перестройки нам не удалось увидеть в реальной жизни ни одного серьезного случая жестокого насилия, а вот в телевизионной действительности они представлены в любой новостной программе. А вот тысячи других, важнейших для жизни города и страны событий, связанных с добром и созиданием, не представлены вообще. Вспомните, когда в последний раз вы видели на экране лица тех, кто выращивает хлеб, варит сталь, одевает и обувает работников прессы в том числе. А вот в повседневной жизни мы повседневно видим именно эти благородные добрые мужественные лица. Так что кривым выглядит скорее все-таки само зеркало.

Телевидение в большей степени напоминает синхрофазотрон ужаса. Бесконечное воспроизведение катастрофы, смакование ее деталей увеличивает ее масштабы, последствия в душах людей в миллионы раз, нанося невосполнимый психический ущерб. Исследование последствий такой телевизионной накачки показывают, что до 67% населения страны испытывали страх, шок, потрясение. Более того, не взрывчатка и оружие являются важнейшим атрибутом террора, а именно средства массовой информации. Это прекрасно понимают и сами террористы. Когда подельника Мовсара Бараева спросили по поводу произошедшего на Дубровке, почему они выбрали это место, ответ был более чем красноречив: «Центр города, нас все увидят».

Эта ключевая фраза и дает пояснение по мотивации террора. Сценаристы идут на это исключительно ради воздействия на миллионы, а то и на миллиарды зрителей, а вовсе не на горстку заложников, выбранных в этом кровавом спектакле в качестве актеров-невольников. Представьте себе, что миропонимание и нравственность работников прессы оказались бы таковы, что они, разобравшись в ситуации, отказались бы от широкомасштабного информирования населения об акте террора, то есть фактически от рекламы террористов. Финансирование такого акта мгновенно утратило бы всякий смысл, а, следовательно, он бы просто не состоялся.

В нашей действительности средства массовой информации выступают в качестве основного спонсора террористической деятельности. Ведь спонсировать можно как деньгами, так и товаром, услугами, оружием, взрывчаткой. Но это копейки, сущие мелочи на фоне прямой несметной спонсорской помощи услугами СМИ. Те, кто пытался выйти в эфир с десятиминутной содержательной информацией, могут себе представить, каким денежным суммам эквивалентно то круглосуточное эфирное время, которое выделяется под рекламу террора, завуалированную под якобы необходимую зрителям, а не самим террористам.

Если быть честным, то все эти картинки и тексты как на телевидении, так и в газетах должны подаваться под рубрикой «На правах рекламы» с указанием этого невидимого заказчика эфира, самого рекламодателя. Ведь бесплатным бывает только сыр, да и то в мышеловке. Кто-то мне может возразить: «Но ведь это разоблачение и критика террора, а не реклама». Смею заверить, что публичные разносы и критика в СМИ — это самая эффективная разновидность рекламы, в том числе и политической.

Отрывок приведён из книги В.Ефимова „Курс Эпохи Водолея”, стр. 62.

К чему стадам дары свободы... - Телевидение как колдун и рекламный спонсор терроризма

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments