cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Categories:

Таинственный остров Вайгач

Оригинал взят у amarok_man в Таинственный остров Вайгач. Часть 1

Вайгач - крупный остров в створе Уральского хребта, между Баренцевым и Карским морями, ближайший к материку среди островов и архипелагов Российской Арктики. Здесь мало людей, но много животных, однако Вайгач переполнен историей - для ненцев и их предшественников он в одном лице Олимп и Мекка, для поморов - узел путей вдоль Края Земли, для советской власти - несостоявшийся промышленный район, осваивавшийся ОГПУ. В прошлой части мы на десятый день пути увидели на горизонте вайгачский берег, ну а теперь расскажу о Вайгаче "в общем".



Для начала - карта, основа которой висит на стене Дома культуры (он же фельдшерский пункт) в Варнеке, а пунсоны - мои. Площадь Вайгача - примерно 3,5 тысячи квадратных километров, это втрое больше, чем Москва в пределах МКАД: 105 километров с севера на юг, 20-30 километров поперёк, так что местами можно и забыть, что ты на острове. На юге узкий пролив Югорский Шар перед материком, на севере страшные Карские Ворота к Новой Земле.

2.


А вечером 11 июля мы подходили к протянувшемуся впереди от горизонта до горизонта Вайгачу, ночью полярного дня погружаясь в его скалистые объятия. Мы пришли в бухту Лямчина, всю историю Вайгача служившую его фасадом, встречающим тех, кто прибыл морем с запада:

3.


В море то и дело показывались моржи:

4.


Вайгач - на самом деле целый архипелаг, его окружает 111 мелких островков и скал, но каждый из них чем-то приметен:

5.


Вот например вполне оправдывающий своё название остров Губистый:

6.


Лямчина буквально набита островками, и их первый ряд уже остался за кормой:

7.


В скалах Вайгача постоянно чудятся головы, лица, фигуры - уж не потому ли остров считался священным? Особенно когда у первых людей, решавших на нём поселиться, зимой кровоточили дёсны и выпадали зубы, а по весне их находили умершими в страшных мучениях.

8.


За Большим Цинковым - крупнейшим из островов-спутников - показалась озарённая полуночным солнцем изба, которую издали я принял за валун. Ближе я подумал было, что она заброшена... но рядом с избой показался Человек. Это старый ненец Андрей Вылка, племянник легендарного "президента Новой Земли" Тыко Вылки, живущий на этой избе одиноко, если не считать 13 собак, которые ему и друзья, и охрана, и охотники, и транспорт. Его гостями мы с Олей и стали на следующую неделю, поставив палатку у скал. На Вайгаче, поровну здесь и в Варнеке, нам предстояло провести без малого три недели.

9.


У Вайгача красивые скалистые берега, за исключением разве что болот в устьях рек. Самые красивые места, говорят, на севере, в губах Долгой и Дыроватой, а последняя и лучшее место для пережидания штормов. Баренцевская и Карская стороны внешне не слишком отличаются, иное дело сами моря: Баренцево чуть-чуть теплее и очень солёное (30-34‰ - уровень скорее Атлантики, чем Арктики), Карское - несколько холоднее и, стараниями Оби, Енисея и тающих льдов, распреснённое. Карское море считается более спокойным, чем не чуждое атлантических веяний Баренцево, но в дни нашего приезда всё было в точности наоборот:

10.


Вдали же от моря Вайгач совсем другой - хотя высоты острова редко превышают сотню метров (высшая точка - 157 метров, Болванская гора на севере), это самые настоящие горы, который я называл не иначе как Вайгачский Урал. В горах неописуемо много в основном безымянных чистейших озёр, над которыми ещё в июле таяли снежники:

11.


Здесь тоже множество естественных скульптур, и представляю, какое впечатление они могли произвести на древнего охотника:

12.


Самое же впечатляющее в рельефе Вайгача - каньоны, по которым его многочисленные реки спускаются к морю. Вот например Юнояха, и за этой страшной тесниной шумит птичий базар:

13.


Каньонов много и на материке, отделённом от Вайгача узким проливом Югорском полуострове - так Урал встречается с морем. Рек, с каньонами и без, на Вайгаче очень много, и некоторые можно перейти по камушкам, некоторые - вброд, сняв обувь, в иных броды по пояс, но кажется и не таких, которые не перейти. С баренцевской стороны крупнейшие реки - Талата, Юнояха и Сурияха, с карской - Сармик.

14.


А за горами начинаются болотистые тундры. До поездки я был уверен, что вся восточная часть острова равнинна и болотиста, но на самом деле ближе к Карскому морю вновь начинаются горы и скалы, а заболочена у Вайгача скорее середина. Болота здесь не сплошные, и непроходимых топей я тоже не припомню, но поверьте - пересчь Вайгач пешком, не замочив ног, почти невозможно.

15.


Немало здесь и "просто" тундры - мягкой, кочковатой и травянистой, словно степь. Здесь самое впечатляющее - то и дело попадающиеся в траве валы, образующие квадраты, многогранники и круги, столь правильные, что их легко принять за остатки  святилищ, засад или военных позиций. На самом деле они созданы природой - протаиванием вечной мерзлоты:

16.


Такие протаивания в тундре норма, новые бугры и провалы возникают в ней тут и там ежегодно. Но в последнюю пару лет Вайгач перестал быть вечно пасмурной землёй непрерывных дождей, ветров и туманов - летом сюда приходит 30-градусная жара, а от того мерзлота разрушается. Вот целый каньон с грязной речкой на дне - но только не в скалах, а в серых грунтах, и таких "язв" в тундре очень много, особенно ближе к Карскому морю:

17.


Пересохшее озеро:

18.


И вымытый из мерзлоты пугающе огромный череп мамонта:

19.


Ощущения от нахождения в тундре сложно передать словами. Возьми миллион рублей, оставь на камне около палатки, а вернувшись через неделю - найдёшь его на том же месте. Но подвернёшь ногу или увязнешь в болоте - пиши пропало. Здесь никто не обидит и никто не поможет просто потому, что НЕКОМУ. Но вдали от моря нет и опасных хищников, в вайгачской тундре не встретится ни волк, ни бурый медведь; в каждом озере - питьевая вода, а к августу на каждой кочке тонна морошки. А от того в сухой и солнечный ветреный день здесь есть что-то от рая...
А главные островитяне здесь - гуси. Вот в кадре серый гуменник и чёрно-белые казарки, ещё есть белолобый гусь и оправдывающая своё название пискулька.

20.


В июле за гусиной жизнью можно наблюдать в динамике, и на наших глазах она проходила несколько стадий.

21.


Одни гуси сидели на гнёздах, высиживая крупные яйца. При виде нас один из пары неизменно вскакивал и даже не улетал, а убегал, раскинув крылья и крича что-то вроде "Аааааааааа, мы все умрёееееемм!!!!!!", думая, что мы за ним погонимся, другой же гусь, пригибая голову к земле, продолжал прикрывать гнездо. Главным звуком Вайгача мне запомнились гусиные вопли, а самих гусей мы называли не иначе как Птица-паникёр:

22.


На следующей стадии подрастали гусята, которые теперь могли сами ходить, и у гусей начиналась настоящая война с чайками, заходившими на гнёзда эскадрильями в лучших традициях Люфтваффе. Гуси шли к воде, птенцы укрывались под гусыней, а гусак носился вокруг, отбивая атаки врагов. При мне боевой гусь пролетел сотню метров, повиснув на хвосте у чайки. Но подходя ближе, мы невольно подыгрывали агрессорам - гусям ближе принцип "бабы новых нарожают", и спасая себя от нас, они бросали птенцов, коих чайки хватали с земли и заглатывали целиком, даже не успев набрать высоту.

23.


Но вот гусям удавалось прорваться к реке или морю. Гусята отлично ныряют и плавают под водой.

24.


Последняя градация - линные гуси. Подняв птенцов, они вновь вспоминают закаты над Нилом... и тяготы перелёта в тёплые края. Поэтому они линяют, и в это время не могут летать - по словам Андрея, у июльских гусей тощие ножки и мощные крылья, а у августовских ноги как у бройлера. Линные гуси беззащитны перед песцами или собаками, а потому сбиваются в огромные стада, и по словам бывалых, у стад этих включается коллективный разум - чем их больше, тем они хитрее, и того же Севу, которому ничего не стоит догнать и загрызть одинокого гуся, водят за нос только так.

25.


Реже встречаются лебеди, как правило парами. Над устьями рек висят конюки, кричащие в воздухе сиреной. Один раз мы спугнули самого настоящего орла, но я не смог его заснять. А вот поморники с хвостами в виде стрелок, отличающиеся очень смешным голосом, попались нам в тундре один раз...

26.


И всюду - ЛЮБОВЬ. Если гуси уже вырастили птенчиков, то вороны ещё только флиртуют:

27.


Птицы среди вайгачской живности, конечно, господствуют, постоянно мелькая перед глазами и оглашая тундру криками. Из под ног то и дело с мышиным писком убегают лемминги, едва заметные в густой траве; пару раз я видел песцов, да и то - дохлых. Из млекопитающих самые яркие - олени:

28.


На острове их около тысячи голов, и сложно сказать, хозяйственные они здесь или дикие: когда-то здесь действовал совхоз, в 1990-х его, по обычаю того времени, развалили, но относительно небольшое стадо в примерно 1800 голов на острове осталось. Им не уйти за море, нет здесь и опасных для них хищников, поэтому оленеводы Вайгача не ходят за стадами, а просто периодически садятся на буран, догоняют оленей да пилят им рога. Найти оленей просто - они всегда идут против ветра, так как ветер сдувает с них оводов, норовящих отложить своих личинок под шкуру. Мы видели оленей всего раз - но прямо у избы Андрея.
Вся тундра в их следах и сброшенных рогах, а Андрей когда-то видел в тундре пару черепов, намертво сцепившихся рогами...

29.


Вайгачские озёра богаты рыбой, а море вокруг - зверем. Местные чаще всего встречают нерпей (то есть нерп), а я видел тюленя-лахтака, или морского зайца, как живым, так и добытым - всего-то на корм собакам. Мясо тюленя съедобное, но, говорят, невкусное - рыбой пахнет:

30.


Не редкость здесь и моржи. Размером эта зверюга если не со слона, то с бегемота точно, во всяком случае гораздо крупнее, чем ждёшь от животного. Одни только бивни их - в мужскую руку размером, а голова как бакен. На берегах моржи образуют лежбища, причём разные у самцов и самок, и обильно плавают в радиусе нескольких километров от них. По словам Андрея, главное лежбище, около 2000 животных, было раньше на Лямчином Носу, но его распугали люди от учёных до туристов, порой баражжировавших над ним на вертолёте; потом лежбище сместилось к Карпову Становью, но и его постигла та же судьба. Жизнь на них ещё теплится,  одно из них я даже видел с борта, но главное лежбище теперь в другом месте, и место это Андрей решил уже не говорить никому.
О моржах ходят страшные, но весёлые легенды, будто бы они топят лодки, пытаясь с ними любиться (а "х..й моржовый" - не шутка, в нём кость, которую доверчивым гостям часто выдают за бивень). И фотографии не передают того, насколько же они огромны...
продолжение следует





Tags: Арктика, Природа, Россия, Русь, фото
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments