cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Category:

Путин и Лукашенко готовы идти к объединению

Россия и Белоруссия готовы идти в объединении настолько далеко, насколько к этому готовы сами люди в двух странах. Это заявление Лукашенко поддержал и Путин – оно прозвучало после их переговоров. Два президента готовы объединиться хоть сейчас, но что этому мешает? И как скоро станет реальностью воссоединение частей СССР не только через Союзное государство, но и в форме Евразийского союза?

Тема российско-белорусских трений и разногласий является одной из любимых у СМИ. Меньшая часть – потому что сознательно работают на раздувание противоречий: например, потому что не любят Лукашенко, или не переносят Путина, а то и их обоих, но чаще всего просто потому, что не признают никакого «реваншизма» и существования русского мира. Другие делают акцент на спорах между Москвой и Минском, раздувают противоречия между Путиным и Лукашенко, вытаскивают яркие цитаты любящего образные выражения белорусского президента и говорят об «угрозе ухода Белоруссии на Запад» просто для того, чтобы таким образом привлечь внимание аудитории.


В реальности же два государства и два лидера являются ближайшими не просто союзниками – братьями. В конце этого года будет 20 лет союзному договору. И если за этот срок Союзное государство не превратилось в полностью единое, это не значит, что оно не состоялось. Главная заслуга этого договора – и работы двух президентов – в том, что две страны сохранили теснейшие связи, восстановили часть порушенного в 90-е и даже создали некоторые новые связи. Но теперь нужно переходить к новому этапу. И для этого необходимо, как сказали два лидера, провести ревизию сделанного за двадцать лет.

«Мы также давно договорились с президентом, что нам надо посмотреть и на развитие наших союзных отношений в рамках (Союза) Беларуси и России, посмотреть на Союзный договор, что мы там не выполнили за последние годы».

Так сказал Лукашенко, добавив: «Мы откровенно друг другу говорим о том, что мы же не вечные, мы когда-то уйдем. Что оставим нашим детям, как они продолжат нашу политику – это тоже нас как политиков не может не волновать».

Как далеко может зайти интеграция – спросили Путина и Лукашенко на пресс-конференции, подразумевая, естественно, возможно ли полное объединение двух государств. Но фактически об этом Лукашенко начал говорить, еще отвечая на предыдущий вопрос. Слова о том, что мы оставим нашим детям, нужно понимать не в том смысле, что Лукашенко готовится передать власть своему сыну Коле (хотя это и вполне вероятно произойдет), а в том, что он хочет обеспечить единство двух государств навсегда. В какой форме?

Минимум, как Союзного государства. Потому что это то, что Путин и Лукашенко хотят сделать нерушимым. Да, Лукашенко стал говорить, что суверенитет – это икона, святое, а независимость – относительное понятие: поэтому суверенитет своих стран президенты не обсуждают. Но тут важно то, что он сказал дальше.

Он напомнил, что они с Путиным негативно относятся к развалу СССР:

«Мы исходим из того, что сегодня есть два государства. Вы знаете, как они образовались, не мы с президентом были инициаторами развала того государства, у нас одинаковая позиция по этому вопросу. Так случилось, что два государства».

То есть некая реальность, с которой Путин и Лукашенко столкнулись уже оказавшись у власти, которая им не нравится, но с которой они не могут не считаться. А чтобы исправить последствия развала, чтобы две страны были вместе, они и развивают Союзное государство. При этом лично у них вообще нет никаких препятствий для единства.

«Мы и завтра можем объединиться вдвоем, у нас проблем нет», – сказал Лукашенко:

«Я выскажу свое мнение, думаю, мой коллега и друг согласится с этим. Мы готовы настолько идти далеко в единении, объединении наших усилий, государств и народов, насколько вы готовы. Слушайте, мы и завтра можем объединиться вдвоем, у нас проблем нет. Но готовы ли вы, россияне и белорусы, на это – вопрос.

Поэтому вам надо адресовать вопрос себе. Насколько вы готовы, настолько мы будем выполнять вашу волю. Если не готовы, какая бы ни была мощная и огромная Россия, она сегодня не в состоянии навязать волю кому-то. Ну а тем более мы – и нам это и не нужно. Поэтому готовьтесь вы – в своем сознании, поведении, цели ставьте перед собой. Я имею в виду народы России и Белоруссии, а мы будем их реализовывать, мы ваши слуги».

Это на самом деле очень откровенное объяснение – по сути, Лукашенко сказал о том, что если народы двух стран готовы к объединению, то президенты выполнят их волю. Понятно, что в России абсолютное большинство выступает за объединение, а в Белоруссии, наоборот, меньшинство хочет вхождения республики в состав России. По опросам пятилетней давности, таких было 25 процентов, а по некоторым свежим опросам – таких сейчас всего 10.

Но тут важно то, что большинство белорусов просто удовлетворяет нынешний и так высокий уровень интеграции двух стран. А препятствием для объединения с Россией является в первую очередь боязнь потерять свое лицо в масштабах большой страны, боязнь того, что тихий белорусский социально-экономический уклад будет нарушен вторжением российских госкорпораций, олигархов, массовой культуры и прочего. В Белоруссии существует более справедливая социально-экономическая модель, чем в России – но и наша меняется, и будет все сильнее изменяться в сторону более справедливого распределения национального дохода.

При этом экономики и правовые системы двух стран будут все больше и больше интегрироваться – в рамках как Союзного государства, так и Евразийского союза, в который входит еще несколько бывших советских республик. То есть реинтеграция постсоветского пространства происходит при капиталистическом строе, но имеющем свою специфику в каждой из стран. Делать его одинаковым сейчас нет ни потребности, ни возможности.

Нужно постепенно сближать и связывать как экономики, так и законодательство, сохранять и расширять языковое, культурное и духовное единство. Тогда постепенно и будет восстановлено, пускай и в новой форме, общее большое государство – историческая Россия – СССР. Причем в составе не только России и Белоруссии, но и Казахстана, Армении, Киргизии, а потом и Украины, Молдавии, Таджикистана и Узбекистана.

При этом Россия не будет делать ничего, ущемляющего национальные чувства этих государств, но будет вести дело именно к все большему воссоединению. Не случайно, отвечая на вопрос про интеграцию, Путин заявил, что «полностью независимых государств в мире просто не существует»:

«Мы в рамках ЕврАзЭС уже создали наднациональные органы – комиссию ЕврАзЭС – и туда передали часть национальных полномочий. Даже в рамках ЕврАзЭС у нас существует взаимозависимость. И часть суверенитета, часть нашей независимости мы туда передали, сознательно сделали это, понимая, что такая работа обеспечивает нам больший уровень конкурентоспособности».

Путин впервые публично говорит о том, что Россия передала часть национального суверенитета на наднациональный уровень, который называется Евразийским союзом, но, по сути, является попыткой на новых принципах воссоздать СССР и Российскую империю. Путь к реинтеграции пока что пяти республик постсоветского пространства понятен – через постепенное сближение экономик, общую безопасность и оборону, а потом общую валюту и общие органы управления, создать мощный союз.

Местная национальная специфика все равно останется – она была даже в СССР, где были унифицированы на самом деле лишь формы организации власти и общества, а их наполнение и суть очень сильно отличались в Эстонии и Узбекистане. Не говоря уже о Российской империи, в рамках которой были даже самые разные формы организации местной жизни – от Финляндского княжества до Бухарского эмирата.

Так и в новом Союзе будут свои парламенты, государственный суверенитет (был он, кстати, у них и в СССР – пусть и формальный), но будет и ощущение жизни в одном большом великом сверхгосударстве – мощнейшем в Евразии. У которого будет общая армия, общее правительство и один руководитель – и реальный суверенитет в мировых делах.

Это то, о чем думают Лукашенко и Путин. А вот как именно будет претворятся в жизнь идея собирания земель, мы увидим в ближайшие годы. Станет ли Путин после 2024 года главой Союзного государства России и Белоруссии или процесс построения Евразийского союза выйдет уже на ту стадию, что будет введен пост президента ЕврАзЭС – на все это даст ответ время. Может быть, процесс реинтеграции будет идти медленнее, чем хотелось бы, но и тогда все лишь чуть сдвинется по времени. Но в любом случае Путин, Лукашенко и Назарбаев не свернут с выбранного пути и лично доведут дело до конца.

Источник


+ Оригинал взят у kerzak_1 в Пообщались....


Вопрос: Александр Григорьевич! Владимир Владимирович!
Три дня вы работали, всех интересует одно: как решен вопрос с проблемой, возникшей после налогового маневра в России…


А.Лукашенко: Мы с Владимиром Владимировичем только что говорили о том, что выйдем, нас журналисты встретят, и обязательно – я чувствовал, что обязательно этот вопрос зададут, как будто это важнейшая проблема в отношениях между Беларусью и Россией.
Она действительно существует, но я вам исключительно искреннее и честно говорю, Президент подтвердит: мы, по-моему, даже это слово не промолвили за эти три дня.
Знаете почему? До нового года, вы тоже отслеживали это, мы договорились с Президентом (вы в это мало верили), что мы начнем в том числе и ревизию наших отношений снизу, с вопросов разных направлений нашего сотрудничества.
Если вы заметили, сегодня у нас подверглось ревизии наше сотрудничество – вместе с министрами, нашими коллегами – в сфере гуманитарного сотрудничества, потому что мы обделили эти сферы вниманием президентов. Все больше – и Президент России об этом говорил, и я – говорим о финансах, экономике, промышленности, о поставках, экспорте, импорте, и меньше занимались вопросами гуманитарного сотрудничества. А без этого (только что Президент сказал) человек вообще не может жить, и проблемы, которые надо решать, решаться не будут. Это несколько направлений.
Ранее мы встречались с блоком экономических министров, финансов и так далее. Они друг с другом, глядя в глаза один другому, обсуждали проблемы, затем мы.
Мы также давно договорились с Президентом, что нам надо посмотреть и на развитие наших союзных отношений в рамках Беларуси и России, посмотреть на Союзный договор, что мы там не выполнили за последние годы.
Мы откровенно друг другу говорим о том, что мы же не вечные, мы когда-то уйдем. Что оставим нашим детям, как они продолжат нашу политику – это тоже нас как политиков не может не волновать.
Целый комплекс проблем, которые мы до нового года обсуждали, и продолжаем сейчас этим заниматься, начиная снизу, еще раз подчеркиваю. Нам никто не мешает встретиться, получив многие знания…
Вот я сегодня признался, послушав российских и белорусских министров, что я далеко не все знаю, что происходит у нас совместно – в культуре, спорте (спорт чуть-чуть больше, это на виду), в образовании и так далее. Огромный пласт подняли россияне и белорусы, сотрудничая по этим направлениям.
Поэтому мы это увидели, обогатились знаниями по всем направлениям, и прежде чем делать серьезные шаги – развитие Союзного государства и так далее – мы это должны как президенты не только знать, но и впитать в себя, чтоб мы были в этом убеждены.
Поэтому мы три дня уже работаем по разным направлениям. Вчера – я благодарен своему коллеге – он меня пригласил на итоговое мероприятие саммита по Сирии. Мы там не участвуем, в этих мероприятиях, тем не менее, мне очень было полезно поприсутствовать на встрече президентов. И я заметил, (обращаясь к В.Путину.) Вы тоже, наверное, отметили, что почти всю повестку международных отношений вчера посмотрели, и каждый президент высказал свою точку зрения. Это тоже очень полезно знать.
Поэтому к налоговому маневру мы подойдем, но кроме налогового маневра у нас еще много проблем, которые кроме нас никто не решит. По крайней мере толчок к этому должны были дать мы, и мы это делаем, и делаем не только сидя за столом, но, допустим, в спорте: мы с Владимиром Владимировичем вышли на гору, сегодня еще какую-то спортивную площадку, завтра я планирую на трассу Домрачевой сходить с винтовкой и так далее, и тому подобное. То есть и практика тоже важна здесь.
Картины писать – нас Господь не одарил таким талантом, – мы уже не будем, но посмотреть – мы их посмотрим.
И благодарен Президенту за этот центр. Он на моих глазах мыслил, что здесь делать, я внимательно за этим наблюдал. И мы уже повторяем опыт Российской Федерации, поэтому здесь и собрались, в «Сириусе».
Видите, сколько мы проблем подняли. Это же я так экспромтом говорю, а если бы спокойно сесть и перечислить все, что мы делали трое суток, вас бы еще больше удивило. Поэтому не маневрами только живы люди.
Спасибо вам.
В.Путин: Я полностью присоединяюсь к тому, что сказано Александром Григорьевичем.
Хочу только еще напомнить: в декабре этого года исполняется 20 лет Союзному договору. И мы договорились с Президентом Белоруссии, что мы проанализируем все, что сделали за последнее время, сверим часы по этой интеграционной повестке, имея в виду даже то обстоятельство, что параллельно развиваются и другие интеграционные процессы, в том числе Евразэс.
Мы должны посмотреть, где мы впереди, где мы даже чуть-чуть отстаем от того, что происходит в рамках Евразэс. Ведь изначально Евразэс в том числе родился – толчок к развитию и созданию Евразэс был дан Президентом Казахстана Нурсултаном Абишевичем Назарбаевым, но в основе все-таки лежали те договоренности, которые были достигнуты в рамках Союзного государства. Союзное государство выступало в известной степени локомотивом интеграционных процессов на постсоветском пространстве.
В чем-то сейчас Евразэс ушел даже чуть подальше, что-то перестало быть актуальным вообще из того, что планировалось Союзным договором 1999 года. Что-то перестало быть актуальным сегодня, а что-то, наоборот, приобретает дополнительную динамику и является чрезвычайно важным.
Целью наших встреч в течение этих трех дней как раз и было провести анализ того, что достигнуто, того, что не сделано и того, что нужно бы сделать, посоветоваться с коллегами, причем из разных областей, сфер деятельности – экономика, финансы, промышленность, гуманитарная сфера, спорт, культура и образование.
Послушать их, как они видят сегодняшнее состояние дел и перспективу взаимодействия, а потом определиться вместе с Александром Григорьевичем, что считаем наиболее важным, перспективным и реализуемым в ближайшее время, в среднесрочной и более отдаленной перспективе. Мне кажется, что работа у нас получилась.
И кроме всего прочего, я еще пригласил Александра Григорьевича в надежде на то, что он два-три дня сможет хоть немножко здесь отдохнуть, на этих замечательных склонах покататься. Может, мы и в хоккей поиграем сегодня.
Так что мне кажется, цели, которые мы ставили перед собой, намечая эти встречи, достигнуты.
Вопрос: Владимир Владимирович, Александр Григорьевич, вопрос по Союзному государству – до какой степени интеграция может дойти? Дело в том, что Александр Григорьевич в декабре, общаясь с российскими СМИ, отвечая на вопрос моего друга, выразил опасение относительно суверенитета Белоруссии. Эта тема тоже поднималась или нет?
А.Лукашенко: Слушайте, зачем нам поднимать вопросы суверенитета России и Беларуси? Это икона, это святое. Вы – россиянин, обычный человек, можно сказать, но я Вам задам вопрос: Вы готовы сегодня поступиться или торговаться суверенитетом? Я не о независимости говорю.
Для меня независимость – это понятие относительное, суверенитет – все, что в границах. Никто, никогда ни одно государство – примером тому Китай является – они никогда не разговаривают о суверенитете, поэтому нет у нас проблемы с суверенитетом, даже в этом контексте не обсуждаем эти проблемы.
Мы исходим из того, что сегодня есть два государства. Вы знаете, как они образовались, не мы с Президентом были инициаторами развала того государства, у нас одинаковая позиция по этому вопросу. Так случилось, что два государства.
Вы бы послушали сегодня наших министров, Вы бы за них порадовались: мы вообще не разошлись. Я, честно говоря, когда они докладывали, подумал: а если взять Украину, тоже славянское государства, то посмотрите, какой огромный разрыв за несколько лет образовался. А мы разговариваем на одном языке и понимаем одинаково проблемы.
В.Путин: И результат получается.
А.Лукашенко: Совершенно верно, и результат…
Вы ушли вперед по «Сириусу». Я помню, как «Вот построили, а что будем делать, как?». Я спрашиваю, говорю, слушай, а что будешь делать с этими объектами? Он говорит: «Спокойно». И повел меня по этим всем кабинетам: вот здесь это делать буду, вот это здесь, здесь, здесь. Я так посмотрел и думаю: было бы хорошо, но это не так просто. Сделал! Я говорю: «Мы этим пойдем путем!».
Поэтому это для нас главное, поэтому дело здесь не в суверенитете. Я выскажу свое мнение, думаю, мой коллега и мой друг согласится с этим: мы готовы настолько идти далеко в единении, объединении наших усилий, государств и народов, насколько вы готовы.
Слушайте, мы завтра можем объединиться вдвоем, у нас проблем нет. Но готовы ли вы, россияне и белорусы, на это? Вопрос. Поэтому это надо адресовать вопрос к себе. Насколько вы готовы, настолько мы будем выполнять вашу волю. Если не готовы – какая бы ни была мощная Россия и огромная, она сегодня не в состоянии навязать волю кому-то. Тем более мы, но нам это и не нужно.
Поэтому готовьтесь вы: в своем сознании. В своем поведении, цели ставьте перед собой, я имею в виду народы России и Белоруссии, а мы будем их реализовывать, мы – ваши слуги.
В.Путин: Суверенитет и независимость – это очень близкие понятия, конечно. Но о чем сейчас Александр Григорьевич говорил, мы с ним вчера, позавчера говорили об этом: полностью независимых государств в мире просто не существует.
А.Лукашенко: А я добавил сразу: «Даже Россия».
В.Путин: Все. Очень большие и малые страны. Современный мир – это мир взаимозависимости. Посмотрите, что происходит, скажем, в западной Европе. Там Европарламент принимает обязательных для исполнениями всеми членами ЕС решений больше, чем Верховный Совет СССР в свое время принимал таких решений для союзных республик. Это что, независимость?
Или скажем, военные союзы, такие, как НАТО. Что, думаете, кто-то из европейских стран хочет, чтобы американские ракеты средней дальности появились в Европе? Да никто не хочет, но сидят, помалкивают. Где их суверенитет? Но, видимо, они считают, что в конечном итоге генерально они заинтересованы в такой организации, в которую они вложили часть своего суверенитета.
Мы в рамках Евразэс уже создали наднациональные органы – комиссию Евразэс – и туда передали часть национальных полномочий. Но даже в рамках Евразэс у нас существует взаимозависимость. И часть суверенитета, часть нашей независимости мы туда передали, сознательно сделали это, понимая, что такая работа обеспечивает нам больший уровень конкурентоспособности, каждой из наших стран.
Здесь мы тоже должны в спокойном режиме, деловом, дружеском режиме понять, где в рамках Союзного государства мы можем двигаться вперед, не нанося никакого ущерба странам, народам, а наоборот, создавая лучшие условия для будущего наших стран.

Короче - отдохнул Рыгорыч, покатался, подышал воздухом, посидел за столом с взрослыми дядями - и аллес.
То есть все тоже, все там же.
Ну, кто бы ждал иного? В целом, ситуация выглядит статично. Что и не плохо, и не хорошо. Для нас (я про всех нас), а для Лукашенко - может и хорошо.



+ Оригинал взят у kerzak_1 в Пустили к взрослым


И сколько щщастЯ
))))))))) много ли малому надо? Ну прям таки - весь вечер на арене)))
Это после переговоров Рыгорыча позвали - на обед








Tags: Белоруссия, Пути преображения, Руский Мир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments