cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Categories:

Кто не попадёт в Гаагу, тот позавидует в Гаагу попавшим

Пять лет назад мир узнал об очередном преступлении против человечности, совершенном украинской военщиной в Донбассе. 20 августа 2014 года спикер парламента ДНР Борис Литвинов сообщил с трибуны законодательного собрания страны о том, что город-спутник Донецка, 350-тысячная Макеевка получила от ВСУ страшный «подарок» - ракету «Точка-У» в самый центр



Оригинал взят у sokura в Ракетами по Донбассу. «Точка» в деле о попытках Украины запугать восставший народ
Пишет kot_sapog в Ракетами по Донбассу. «Точка» в деле о попытках Украины запугать восставший народ

К счастью, ракета не взорвалась, упав на пустыре. Трудно представить себе, какого масштаба горе, какие разрушения могла принести в густонаселенный город тактическая ракета. Хотя, конечно, можно и представить — достаточно посмотреть на картинки ужасов в сирийских или йеменских городах, где террористы, поддерживаемые «коллективным Западом» с США во главе, не стесняются наносить удары именно такими ракетами, в достаточном количестве доставшимися тамошним режимам еще от СССР.


Ракетный хлам Украины

Больше всего ракет «Точка-У» сегодня находится в руках Украины. В России и других бывших советских республиках их осталось совсем мало — были сняты по причине технического и морального устаревания. Да и глупо тем же россиянам было держаться за них, когда на боевое дежурство заступали уже современные и мощные «Искандеры».

Но Украина, как известно, самая настоящая «пещера Аладдина» со старым и ржавым советским военным барахлом. До войны в Донбассе оно приносило проблемы самой Украине и ее гражданам, время от времени взрываясь на складах по совершенно непонятным причинам. Видимо, эта мысль не давала покоя украинским политикам и военачальникам, и они решили бросить это оружие против восставшего Донбасса.

Поначалу никто не хотел верить в то, что украинская армия осмелится бить по формально своим согражданам оружием массового поражения. Что там «Точка-У»! Вспоминаются разговоры весной четырнадцатого года о том, что если вдруг Киев посмеет по Славянску хотя бы один залп из «Града» произвести, или выстрелить по мирному городу из гаубицы, тогда, дескать, мировое сообщество порвет Украину на части.


Как мы знаем, не порвало. Ни за «Грады», ни за гаубицы, ни за танки, ни за минометы. Предпочли не увидеть, не заметить, показав всем нам, что вместо совести у западного политика давно доллар вырос.

Тот полет «Точки У» мне довелось видеть собственными глазами. Громадное тело ракеты пронеслось на достаточно низкой высоте мимо одного из донбасских городков, где я гостил у родственников. «Что бы это могло быть» — рассуждали мы в тот день. Только день спустя узнали о заявлении Бориса Литвинова и оцепенели от ужаса, от сознания того, что совершено невозможное — попытка массового убийства людей.

Срок годности Украины

В те дни многие бросились читать справочники, — что же это за ракета такая? Там между прочего сказано, что «Точка» (индексов было несколько) — «советский тактический ракетный комплекс дивизионного звена (с конца 1980-х годов переведён в армейское звено) разработки Коломенского КБ машиностроения».

Чтобы было понятно, каким уровнем ракетных войск может сегодня похвастать украинская армия, напомним, что разрабатывать его начали еще в 1968 году, а в войска он пошел в 1976-м. «Точка-У» — это последняя модификация комплекса, которую начали выпускать в 1989 году. То есть, тридцать лет назад. Напомним, что через два года после этого развалился Советский Союз, и в небытие вместе с целым рядом вооружений Советской армии ушла и «Точка». Сегодня, как мы уже говорили, чуть ли не монопольным держателем этих ракетных комплексов является «Украина».

Все "точки" производились в кооперации чуть не трех десятков заводов. Но в основном — на Петропавловском заводе тяжелого машиностроения в Казахстане и ПО «Баррикады» в Волгограде. Надо ли говорить, что ни запчастей, ни комплектующих, ни технической документации, которую постоянно надобно обновлять, уже давно никто не делает.

Срок оперативного хранения ракет «Точка-У» — не более 10 лет.

После этого их надо или утилизировать, или отправлять на модернизацию. После скандального применения «Точек» в Донбассе появились публикации, в которых говорилось, что украинские отцы-командиры сегодня, похоже, сами не знают, сколько такого оружия еще хранится у них на складах. Вот этой глупостью, разгильдяйством, преступной халатностью, административной дуростью, царившей и царящей в «лучшей армии Европы», и объясняется тот факт, что большинство ракет, использованных украинской армией, были, как говорят в таких случаях военные, неэффективны.

Журналист Андрей Карлов, проводивший пять лет назад свое собственное расследование «ракетного дела», написал тогда: «Точное количество "живых", боеготовых ракет неизвестно, хотя бы потому, что все они уже просрочены минимум на 10 лет, а заводское продление ресурса недоступно для Украины. Полагаю, что даже сами украинские генералы не знают их точного количества и предпочитают использовать изделия с наименьшим возрастом. Достоверно известно о трех районах стартовых огневых позиций комплекса: Краматорский аэродром, Логвиново-Калиновка, Покровское (в паре километров восточнее Артемовска)».

Чтобы не пересказывать чересчур подробное и перенасыщенное техническими деталями исследование Карлова, заметим только, что практически все ракетные пуски украинских военных привели к тому, что ракеты или не взрывались, или падали в пустынных местах. Даже те три «Точки-У», которыми украинские генералы в ходе боев за Саур-Могилу в августе 2014 года надеялись покончить с ополченцами, защищавшими высоту, и приблизительно не достигли цели своего полета.

Бог отвёл

Последний случай применения «Точки-У» по Донбассу зафиксирован 20 октября 2014 года. В тот день во многих домах столицы Донбасса вылетели стекла в окнах. Взрыв произошел на Донецком казенном заводе, известным тем, что там хранились боеприпасы еще советских времен.

«Говорящая голова» вооруженных сил республики Эдуард Басурин тогда заявил, что в завод угодила «Точка У». Если это на самом деле так, то это, наверное, единственный случай попадания украинской ракетой куда-нибудь, кроме гражданских объектов.

Удивляться непрофессионализму украинских ракетчиков, конечно, не приходится. Все, кто имел сомнительное счастье жить в этой стране после 1991 года, помнят и ракету, «случайно» поразившую жилой дом в Броварах под Киевом, и зенитную ракету, столь же «случайно» отправившую на дно Черного моря самолет, летевший из Тель-Авива в Новосибирск. Впрочем, Украина до сих пор отрицает, что это была ее ракета. Притом, что вокруг ничьей другой не могло и быть. Удивляемся мы все другому — как это им не удалось пять лет назад устроить ракетный геноцид народу Донбассу.

Иначе как Промыслом Божиим этого и не объяснишь.

Олег Измайлов


+ Оригинал взят у sokura в Это было в августе 14-го
Оригинал взят у gmorder в Это было в августе 14-го
Оригинал взят у denyaleto в Это было в августе 14-го

Война меняет облик города. Я прекрасно помню опустевший Донецк. Летом 2014 он превратился из мегаполиса в город дорог без машин, безлюдных скверов и парков, пустых полок в продуктовых магазинах. Дончане собирались в группы для того, чтобы выжить. Вместе подготавливали подвалы, чтобы прятаться от обстрелов, не осознавая, что это убежище может стать братской могилой. Там, где собирались люди была надежда на выживание. По крайней мере, этой мыслью каждый унимал свой необузданный страх перед неизвестным — боевыми действиями.



Почти всё лето 2014 Луганск провёл без воды. Дончане прекрасно осознавали, что рано или поздно нас ждёт это же. В августе из-за боевых действий Донецк был обезвожен. Нас хотели взять измором. Мы были в осаде и нас пытались уничтожить всеми возможными способами. Те немногие, кто остался в городе, готовились к бессрочному отключению водоснабжения.

Война внесла новые коррективы — поменяла ценности. Огромные очереди выстраивались к местам, где можно было приобрести десяток литров питьевой воды. Как правило, скупали всё очень быстро. Кому повезло, те возвращались домой с трофеем — двумя-тремя пятилитровыми бутылками заветной жидкости. Остальным же приходилось бродить от магазина к магазину, от ларька к ларьку, перекупать с рук — любой ценой найти немного питьевой воды.

В интернете или просто общаясь друг с другом на улице, люди передавали информацию о том, где можно раздобыть технической воды. Её набирали в водоёмах, фонтанах, канализации. Пожарные, кроме того, что отправлялись на места обстрелов, где тушили пожары, развозили воду.

— Возле детской больницы приехала пожарная машина. Можно набрать технической воды?, — позвонили родственники.

Нужно было торопиться. Информация распространялась очень быстро. Воды на всех точно не хватит. Снарядившись несколькими бутылками, мы с отцом отправились к месту раздачи. Люди, увидев тару в наших руках, стали расспрашивать:

— Где-то воду раздают?

— К зданию больницы приехала пожарная машина, нам родственники позвонили, им удалось набрать несколько бутылок, — рассказали мы.

Никто не старался скрыть информацию, от которой зависело выживание.

Люди стекались к пожарной машине. Пожарные наполняли ведра, бутылка, бидоны и передавали их владельцам. Перед нам стояло несколько человек. За нами больше никто очередь ещё не успел занять. Очередь двигалась быстро. Парень с девушкой унесли около десяти литров. Подошла женщина с десятилетней девочкой. Подали спасателю тару. Через несколько минут их бутылки и ведро были наполнены водой. Наконец-то наша очередь.

— Давайте, — пожарный протянул руку, схватился за пластиковую ручку.

«Как же было бы обидно, если бы вода закончилась на нас», — подумал я.

Жидкость заполнила лишь процентов 30 от пятилитровой бутылки.

— Закончилась. Сейчас поедем ещё набирать. Не знаю точно, когда вернёмся. Вызовов куча, — спасатель протянул почти пустую тару. Он будто извинялся за то, что нам повезло меньше, чем те, кто унёс домой заветную техническую воду.

Ничего не оставалось. Домой возвращаться с пустыми руками нельзя.

— Пойдем, тогда на ставок.

Алексеевский пруд находился совсем близко. По металлическому мосту на встречу нам шли люди с мутной зеленой жижей в вёдрах. Мы подошли к водоёму. Отец зашел в воду по колено, опустил бутылку в воду. Наполненные ёмкости он передавал мне. Несколько раз повторили эту процедуру, пока все бутылки не заполнили подобием воды. Пруд всегда был грязным, в нём купались только самые отчаянные. Набирать воду из него ранее никто не додумывался, но сейчас все мы были в безвыходном положении.

У подъезда стояли соседи. О чем-то взволнованно беседовали.

— Мне знакомый рассказал, что сегодня будут бомбить Будённовку.

— Та с чего ты это взяла? Или твой знакомый взял?

— Он в МЧС работает. У них есть информация.

— Кто будет предупреждать о том, что будут обстреливать? Глупость же.

Подобных слухов в то лето было очень много. Большинство из них были «страшилками». Разумеется, никто знать не мог, когда и что прилетит. Наступит завтра или нет, не все были уверены. Паникеры усугубляли и без того напряженную обстановку. Тем не менее, вечером мы отнесли в подвал пару пледов и несколько бутылок с питьевой водой.

После я решил выйти в ближайший маркет. Я больше не придумал себе повода выйти на улицу, кроме как взять себе бутылочку пива и пачку снеков для закуски. Площадь Будённого походила на безлюдный остров. Я мог идти по дороге. Всё равно автомобили будто испарились. По привычке пошёл по тротуару. Словно брошенные стояли скамейки у фонтана, который ещё задолго до боевых действий, превратился в клумбу. Обычно здесь сидели собирались местные жители. Рядом была опустевшая детская площадка. Легонько покачивались на цепи качели. Над входом в маркет горела вывеска с надписью «24». Она потеряла свою актуальность, когда был введён комендантский час. В торговом зале никого не было. Сюда перестали ходить покупатели, как прекратились поставки товара. Вода давно закончилась, продукты первой необходимости быстро раскупили, осталось какие-то совсем товары, без которых вполне можно было обойтись. На полках стояло несколько бутылок украинского пива. На этикетке было написано «Бiла нiч» (Белая ночь).

«Прям, как у нас. Только наши ночи освещают залпы РСЗО», — промчалась мысль.

Его и решил взять. Я посчитал это ироничным.

На удивление, снеков тоже практически не осталось. Взял первую попавшуюся пачку с чипсами и отправился к кассе. Там сидел уставший молодой парень. Он словно сам не понимал, почему сейчас находился здесь. Коллеги уволились и уехали, товар не поставляли, о зарплате оставалось только мечтать, как и о воде из крана. Он пробил мне покупку, дал сдачу и закрыл кассу.

Ближе к ночи снова «работали» БМ-21 «Град». Звук запуска реактивных ракет успели выучить. Стоит всего раз его услышать, чтобы больше не спутать его ни с чем. Как и входящие можно было распознать в спектре различных новых звуков, которые ранее были неизвестны.

Кто-то уходил пережидать обстрелы в коридоре. Тоже укрытие относительное, скорее, оно также работало на создание иллюзии безопасности, которой в помине не было. Постепенно к этим звукам привыкли и вместо того, чтобы улечься на полу в помещении без окон, пролистывали переклички в донецких пабликах. Там можно было узнать, что угодно: где набрать воду, куда прилетели снаряды, как уехать из города, а также много панической информации. Из бесконечного потока «вбросов» можно было узнать и что-то полезное. Например, люди делились инструкциями, как нужно себя вести во время обстрела. Этому в школе не учили. Это ещё один пример того, как информация может спасти жизнь.

Периодически боты закидывали в обсуждения ссылки на украинские СМИ. Они походили на сообщения из параллельной вселенной. Где-то там, кого-то освобождали, куда-то точно в цель прилетали снаряды, уничтожая исключительно неведомых террористов. Иногда в новостных сводках на украинских ресурсах сообщали, что сгорели дом культуры, церковь, жилая квартира вместе с жильцами, автомобиль с гражданскими. Совершали это всё те же «боевики». Находились те, кто верил в это чушь. Они отказывались верить своим глазам, следовать логике, сомневаться, они просто верили сообщениям журналистов, которые находились в сотнях километров от места, о котором рассказывали. Сплошной диссонанс.

Отдалённо послышались входящие. Удар, за ним ещё несколько и парочка напоследок. За окном стало светло, словно днём. Где-то недалеко запустили пакет «Града». Я допил пиво, закусил горечь оставшимися крошками от чипсов и закрыл ноутбук. Единственным убежищем от безысходной реальности был сон. Был вариант, что тебя перенесёт куда-то далеко в безопасность. Там не будет залпов и «прилётов», не нужно будет думать о том, где раздобыть немного воды, проходя по улице не нужно будет продумывать под каким бордюром можно будет укрыться в случае обстрела. Подсознание наверняка создаст мирную обстановку, уютный уголок, где можно будет скрыться, потому что он уж точно сможет защитить от смертоносных осколков. Но получалось всё в точности наоборот. Вместо спасающей иллюзии подсознание, переваривая полученную за день информацию, создавало мир ещё более безнадёжный, черно-белый и безрадостный. В снов врывались звуки боёв, добавляя убедительности сновидению.

***

Этот текст я не собирался писать, но сегодня утром проснулся в поту. То ли от невыносимой жары, то ли от кошмара, мучившего всю ночь. Взял в руки смартфон. На часах — 8 утра. Что-то не так. Проверил число. Вроде бы всё верно. Стоп. Не совсем. Год не тот. 2019-ый. Но ведь только что был август 2014-го. Не вчера, а вот буквально мгновение назад.

На одну ночь я вернулся на пять лет назад. За всё это время воспоминания не померкли. Они обрели новые краски. Я их не ждал, но они решили вернуться, чтобы напомнить о себе, о том, что избавиться от них не получиться никогда.

Оригинал: https://asd.news/articles/voyna/eto-bylo-v-avguste-14-go/


+ Благодарю за репост sokura
Оригинал взят у arctus в Участники АТО могут оказаться в Гааге за обстрелы Донбасса


После того, как киевская власть утвердит Римский статут, Россия может направить обращение о военных преступлениях украинских военнослужащих в Донбассе в Международный уголовный суд. О возможных последствиях сообщил бывший участник полка «Азов», народный депутат от партии "Батькивщина" Игорь Луценко на своей странице в Facebook.


Луценко сослался на заявление заместителя главы Офиса президента Руслана Рябошапки о том, что Украина с большой вероятностью вскоре ратифицирует Римский статут. Тут у бывшего силовика "Азова" началась паника, ведь еще люди Порошенко объясняли, что это действие может отправить силовиков АТО на скамью подсудимых.

«Действительно, только Устав будет ратифицирован, Россия сразу же сможет обратиться в Международный уголовный суд с заявлением о возможных военных преступлениях на территории Украины, совершенных украинскими военнослужащими во время так называемой Антитеррористической операции. После чего все, кто защищал с оружием в руках Родину, станут потенциальными подсудимыми Гаагского трибунала»,

- написал Луценко.

Он отметил, что при этом фактическое объявление или не объявление войны не играет значения, так как в протоколе документа говорится, что он может быть применен к любому вооруженному конфликту в стране, которая присоединилась к Женевской конвенции.

«Следовательно то, что происходило на Востоке Украины в условиях правового режима мирного времени под названием АТО, – это сознательное грубое нарушение законов и обычаев войны. Для наказания нарушителей раз и существует Международный уголовный суд»,

- добавил бывший силовик.

При этом Луценко анонсировал поднятие вопроса "Минска", в частности - обязательства по обмену пленными. Ведь несмотря на непризнание документа Верховной Радой Украины, одобрения тогдашнего президента страны Петра Порошенко для Международного уголовного суда будет более, чем достаточно. А Женевская конвенция предписывает запрет на взятие заложников.



Луценко посетовал на то, что киевские власти сделали все "как попало", из-за чего теперь могут пострадать те, кому велели идти и "защищать Родину". Впрочем политик и бывший силовик не стал исключать интересного варианта развития событий, в котором украинская власть еще до ратификации Римского статута сама накажет военных, которые каким-либо образом причастны к АТО.

«Для этого хватит обращения Кабинета министров Украины в Международный уголовный суд с заявлением о признании юрисдикции по делу о военных преступлении, совершенных на территории Украины, начиная с апреля 2014. Кто сейчас может дать гарантию, что такого обращения никогда не будет?»

– заключил Луценко.



Напомним, ранее замглавы Офиса президента Руслан Рябошапка анонсировал начало работы по ратификации Римского статута, так как это является частью Соглашения об ассоциации с ЕС и международным обязательством. Отметим, что государства, которые ратифицировали Римский статут, становятся участниками Международного уголовного суда и становятся подсудимыми за преступления, совершенные их гражданами или на их территории.

На Харьков


Tags: Новоросия, руинская агрессия, трибунал
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments