cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Categories:

Чужими валютами свою не стабилизировать

Оригинал взят у cycyron в Ну разве не провидец?

Читать Сталина запоем не представляется возможным.
Это могут делать люди либо по роду деятельности, либо имея некую определенную цель. Ни того, ни другого у меня нет и посему т.Джугашвили я разбираю наскоками, под настроение. И каждый раз обнаруживаешь для себя забытые истины, те выражения, которые когда-то были на слуху и сейчас в обороте, которые лаконичны и точны. Так и в этот раз.

Сегодня читал его выступление на съезде партийцев в середине тридцатых годов. Сталин сказал, что крепость своей валюты невозможно обеспечить за счет манипуляций с валютами иностранных государств. Этот подход неразумен и вреден.


Ну разве не провидец?

Благодарю за репост sokura
Оригинал взят у viktor_privalov в Ничто не ново под луной


+ Реплика realurix

Сталин прекрасно знал Маркса. А именно, что деньги - это всего лишь ЭКВИВАЛЕНТ ВОСТРЕБОВАННОГО ПОТРЕБИТЕЛЕМ ПРОДУКТА ТРУДА.


Деньги продуктом труда не являются. Деньги на хлеб не намажешь и не съешь вместо хлеба. Деньги по сути являются всего лишь правом на приобретение определённого количества материального продукта труда, но сами продуктом труда не являются. Если права больше, чем доступного востребованного потребителем материального продукта труда, то это инфляция. Поэтому стабилизация возможна только если экономика является материальной, производящей материальные продукты труда, которые востребованы прежде всего собственным населением. Тогда деньги становятся золотыми, получают востребованное потребителями товарное подтверждение. Поэтому при Сталине и цены снижались...


+ Оригинал взят у awas1952 в Чужими валютами свою не стабилизировать

Давно не бывалое дело! Вот уже третий год сайт «Бизнес-журнала» достаточно стабилен, чтобы гугловские ссылки на его статьи работали. Правда, сервис «весь список статей автора по клику на его фамилию» не работает. Поэтому на всякий случай среди моих ближайших сообщений в ЖЖ — вперемешку с другими, чтобы читали всё подряд — размещу несколько ссылок на свои статьи в «Бизнес-журнале».

«Экономика безконечно малых»

Анатолий Вассерман

Как случайные факторы расшатывают экономическую реальность.

Разработанное в XVII–XIX веках исчисление безконечно малых в программах естественно-научных и технических вузов принято называть высшей математикой. Однако с тех пор появилось немало математических дисциплин, на фоне которых это исчисление выглядит столь же примитивным, как на его фоне — арифметика для начальных классов школы. Само исчисление строится на двух основных операциях: дифференцирование — грубо говоря, измерение угла наклона кривой в выбранной точке; интегрирование — определение площади под выбранным участком кривой. Понятно, малейшее изменение формы кривой — например, рисование от руки с неизбежным дрожанием пера — почти не влияет на результат интегрирования, зато может радикально поменять результат дифференцирования.

В биржевых сводках то и дело сообщают: опубликованы сведения о запасе в нефтехранилищах Соединенных Государств Америки (СГА) — он вырос/упал на столько-то процентов — соответственно нефть подешевела/подорожала примерно на столько же процентов. Сам этот запас отродясь не превышал десятой доли однодневной мировой нефтедобычи. Его колебания существенно меньше однодневного потребления в самих СГА...


Потребление той же нефти во всем остальном мире колеблется вовсе не синхронно с внутриамериканским, и всемирный спрос на нефть почти не связан с публикуемыми американскими данными. Влияние публикаций на биржевые цены несравненно выше их же влияния на реальный спрос. А вот сами колебания цен весьма ощутимо сказываются на спросе (и в несколько меньшей степени — вследствие инерции технологических цепочек — на предложении). Ничтожно малая локальная причина через биржевой усилитель резко раскачивает все мировое хозяйство.

Такая раскачка мощно бьет по интересам производителей и потребителей (не только самой нефти: от нее через энергетику и химическую промышленность зависят практически все отрасли), зато несомненно выгодна спекулянтам. Напомню: примерно 9/10 биржевых сделок по нефти заключается не в расчете на реальную поставку, а исключительно ради заработка на ожидаемых колебаниях цен. Поэтому спекулянты оправдывают свою бурную реакцию на ничтожно мелкий показатель двумя соображениями: «Мы по изменениям американского запаса прогнозируем развитие всего мирового потребления» и «У нас нет других ориентиров». Оба утверждения неверны: развитие мирового хозяйства можно предсказать по множеству ориентиров, причем каждый из них примерно так же ненадежен, как изменение запаса нефти в СГА, и приемлемо точный прогноз требует учета всех факторов сразу.

На экономику Российской Федерации цена нефти влияет не только через колебания энергетического и химического рынков. От нее прямо зависит курс рубля. Любая перемена нефтяной конъюнктуры буквально на следующий день откликается на Московской межбанковской валютной бирже, а по результатам ее торгов Центральный банк РФ устанавливает курс на следующий день.

Это, кстати, существенно упрощает задачу спекулянтов: зная цену нефти, они могут играть на рубле практически без риска. Между тем изначально биржи возникли не для игры, а для одновременной встречи как можно большего числа продавцов и покупателей, дабы максимально усреднить и унифицировать условия всех сделок, а остаточный риск переложить на спекулянтов, заключающих сделки не на реальные поставки товаров и услуг, а на колебания их цен. Спекуляция — рассмотрение, то есть сделка в расчете на собственные рассуждения о будущих процессах — должна предотвращать потери реальных производителей и потребителей, и заработок на спекуляциях играет роль страховой премии, неизбежной при защите хозяйственной деятельности. Но когда спекулянт обретает возможность действовать без собственного риска, его доход становится данью, наложенной на неспекулятивное хозяйство.

Как нефть нужна не только для заполнения хранилищ в СГА, так и рубль — не только для игры на ММВБ и даже не только для обслуживания российской нефтегазодобычи. Он работает на всем огромном внутреннем рынке РФ и даже — по многим недавним соглашениям о международных взаиморасчетах — на нескольких громадных экспортно-импортных потоках. Отчего же он так сильно зависит от нефти?

Еще в прошлом тысячелетии Международный валютный фонд и Всемирный банк сформулировали десять требований к странам, получающим от них кредиты. По месту пребывания этих глубоко уважаемых друг другом организаций десять заповедей либерализации экономики названы Вашингтонским консенсусом. Выглядят они красиво, но мировой опыт давно доказал: их соблюдение не приводит к улучшению положения дел в стране, а всего лишь обеспечивает привязку к экономике тех стран, чьи деньги МВФ и ВБ выдают в кредит.
Для этого, в частности, одной из главных целей любых экономических реформ объявлено привлечение зарубежных инвестиций. Как исторический опыт, так и теоретический анализ доказывают: зарубежные инвестиции вредны хотя бы потому, что человеку свойственно заботиться о ближних, и инвестор развивает то, что нужно его стране, а не месту инвестирования. Вдобавок цель вложения средств — прибыль, и зарубежные инвесторы постоянно нуждаются в обмене местной валюты на деньги, имеющие хождение на их родине. Следовательно, ради репатриации доходов инвесторов необходимо привязывать сумму местной валюты к сумме запасов валют тех стран, откуда поступают инвестиции, и (или) иных ресурсов, допускающих быстрый (и не зависящий от текущего состояния рынков) обмен на эти валюты.

Золотовалютный запас накапливается из отчислений от скромной разницы между доходами от экспорта и расходами на импорт. Сами эти направления тоже далеко не исчерпывают деятельность страны. Таким образом, картина та же, что на нефтяном рынке: колебания ничтожно малой доли хозяйства мощно влияют на показатель, сказывающийся на всем хозяйстве.

Более того, текущие цены и курсы учитываются при решениях об инвестициях — то есть на большую перспективу. Долгий — и потому устойчивый к переменчивым мелочам — результат интегрирования ставится в зависимость от чувствительного к любой случайности результата дифференцирования.

В частности, свободная конверсия местной валюты в зарубежные, предписанная Вашингтонским консенсусом ради упрощения вывода за рубеж прибыли от инвестиций и тем самым привлечения из-за границы этих самых инвестиций, привязывает валюту к весьма узкой опоре, снижает ее устойчивость и тем самым ухудшает привлекательность страны для внешних и внутренних инвесторов. Вспомним хотя бы, что Китай принудительно удерживает стабильное (и по паритету покупательной способности сильно заниженное) соотношение своего юаня с долларом — и туда вкладывают несравненно больше, нежели в Российскую Федерацию, чей рубль колеблется согласно требованиям МВФ и ВБ.
У нас давно и бурно обсуждают «национализацию рубля» — привязку эмиссии не к золотовалютным запасам, а ко всему объему товаров и услуг, производимых в стране. Увы, за 1990–2005 годы, когда бюджет РФ был остродефицитен и жизненно зависел от кредитов МВФ и ВБ, из аппарата экономического блока правительства вытеснены все, кто сознавал или хотя бы ощущал пагубность долгосрочных последствий соблюдения Вашингтонского консенсуса. Теперь там только те, кто соблюдает десять заповедей либерализма строже десяти заповедей, несколько тысячелетий назад принесённых Моше Амрамовичу Левину на горе Синай. Люди с иными взглядами не впишутся в коллектив. Если ЦБ РФ начнет выпускать рубли сообразно возможностям всей страны, а не только ММВБ, экономический блок правительства, согласно своим правилам, изобретет новые способы стерилизации денежной массы — недопущение денег в обращение (и инвестирование) внутри страны.

Страна, полностью опирающаяся на собственные инвестиционные возможности (как СССР примерно в 1935–1965 годах), вовсе не нуждается в свободной конверсии своей валюты и, соответственно, не скована Вашингтонским консенсусом. Конечно, нынешний мир слишком сложен, чтобы все делать самостоятельно. Отчасти экспорт и импорт нужны всем. Однако ставить в зависимость от них всю внутреннюю жизнь — все равно что заниматься только дифференцированием, забыв об интегрировании.

Новости smi2.ru
Источник


+ Оригинал взят у awas1952 в Когда система уже сложилась, её простое сокращение разрушительно

«Пенсия — стабилизатор общества»
Анатолий Вассерман

Ещё Луций Луций-Маркович Анней (из той ветви рода Аннеев, что прозвана Сенека — Старик), сказал: для того, кто не знает, куда ему плыть, не бывает попутного ветра. Опыт прогулок по граблям многих стран, всё ещё почему-то именующих себя развитыми, показал: непонимание экономической и социальной сущности пенсионного обеспечения привело к решению, в лучшем случае отсрочивающему кризис — повышению возраста выхода на пенсию.


Обычное объяснение данной — очевидно непопулярной — меры простое: общество стареет. Продолжительность жизни растёт. При заданном пенсионном возрасте на одного нетрудоспособного приходится всё меньше работающих. Его обеспечение становится для них всё непосильнее. Выпуская людей на пенсию позже, мы снижаем нагрузку на работающих. Увы, данная логика приводит к очевидному выводу: повышать пенсионный возраст придётся и впредь — по меньшей мере сообразно дальнейшему старению общества.

Правда, есть и другой довод в пользу данного решения: по мере совершенствования медицины и общего улучшения условий жизни растёт продолжительность активной деятельности, а потому человек может дольше работать. Но детородный возраст — по крайней мере для женщин — зависит не столько от врачебных достижений, сколько от общих законов биологии, а потому составляет всё меньшую долю общей продолжительности жизни. Соответственно в населении по мере удлинения деятельной части жизни падает доля рожающих. Если сохранится привычное число рождений в расчёте на одну женщину (а оно пока в основном снижается), доля трудоспособных будет сокращаться лавинообразно. И опять же придётся выходить на пенсию всё позже.

Кстати, активная жизнь растёт лишь в среднем. Доля нетрудоспособных увеличивается с возрастом медленнее, чем раньше — но всё же растёт. Даже если поднять пенсионный возраст — заметная часть не достигших его всё равно попадёт на пенсию, но уже по состоянию здоровья. В каком-то возрасте расходы на индивидуальный подход через врачебно-трудовую комиссию становятся сопоставимы с расходами на предоставление пенсии всем дожившим до неё. А тем, кто ещё может и хочет работать, никто не запретит.

По крайней мере официально не запретит. Фактически же во множестве специальностей с годами производительность падает на глазах, а то и вовсе становится опасно работать. Семидесятилетний профессор читает лекции, как правило, не хуже — а то и заметно лучше — пятидесятилетнего, а вот грузчик и в пятьдесят рискует надорвать мышцы или сердце. Причём переучить грузчика на профессора куда сложнее, чем профессора на грузчика — не говоря уж о том, что в странах, уже учинивших игры с пенсиями, так и не смогли (а во многих — и не пытались) создать дееспособную массовую систему переподготовки. Значит, с ростом пенсионного возраста растёт и безработица.

Причём не только среди стариков. Семидесятилетний профессор не даёт продвинуться по служебной лестнице сорокалетнему доценту, тот — тридцатилетнему ассистенту, чьё место в свою очередь мог бы занять двадцатипятилетний аспирант, только что ставший кандидатом наук. В инженерном деле и множестве гуманитарных дисциплин картина примерно та же. Перестройку затеяли вторые секретари, долгие годы мечтавшие стать первыми. Надо ли удлинять зубья многих подобных грабель?

Итак, путь, испробованный странами, три десятилетия назад объявленными примером для нас, ведёт в тупик. Опаснейший. Ведь пенсия — никоим образом не аттракцион неслыханной щедрости. Великий объединитель Германии (за исключением Австрии — по причинам, тогда казавшимся важными, но нынче и вовсе исчезнувших) Отто Эдуард Леопольд Карл-Вильхельм-Фердинандович герцог фон Лауэнбург князь фон Бисмарк унд Шёнхаузен ввёл пенсионное обеспечение рабочих и служащий (с 70 лет при тогдашней средней продолжительности жизни 45–50 лет) в 1889‑м году — чтобы выбить у социал-демократов (столь мощных, что даже исключительный закон против них, принятый 1878.10.19, дожил лишь до 1890.09.30) один из ключевых козырей.

Человек способен сделать больше, чем съесть. Прибавочный продукт идёт на прирост благополучия других людей — в конечном счёте общества в целом. Один из важнейших видов прироста — создание и совершенствование средств производства. Производительность нашего общего труда растёт благодаря его накоплению. Айзэк Айзэкович Нъютон не сам придумал фразу «Если я видел дальше других, то лишь потому, что стоял на плечах гигантов», а переформулировал фрагмент античной пьесы. Наше благополучие опирается на предыдущие поколения. Наш долг — делиться с ними.

Понятие справедливости пока не формализовано. Но есть и соображения чисто экономические. Так, трудящийся, повседневно наблюдающий страдания беспомощных стариков, старается экономить силы, чтобы в собственной старости чем поменьше зависеть от других. Значит, в каждый данный момент его деятельность менее эффективна. Соответственно и хозяйство в целом действует хуже, чем при наличии полноценного обеспечения нетрудоспособных.

Человек, не надеющийся на помощь в старости, вынужден при малейшей возможности откладывать что-то на чёрный день. Вроде бы полезно: по расхожим экономическим теориям, накопления становятся инвестициями — развивают хозяйство, формируя лучшее будущее. Но по тем же теориям, чем выше ожидаемый доход и дольше само ожидание, тем выше и риск. Индивидуальные деньги большей частью либо вкладываются в сверхнадёжные — а потому и малодоходные — дела, либо сгорают в многообещающих авантюрах и прочих экономических потрясениях, оставляя своего владельца беспомощным в старости (и зависящим — вопреки самой идее накопления — от общественной благотворительности). Крупная структура обычно имеет куда больше возможностей грамотно распорядиться деньгами. Отсюда и возникла идея пенсионных фондов — государственных и коммерческих.

Пенсионные фонды наполняются отчислениями от заработной платы: государственные обычно берут их прямо из бюджета предприятий, частные — из добровольных выплат самих работников. Но заработная плата — лишь один из множества денежных потоков. В замкнутой экономике все деньги рано или поздно проходят через этот канал. Страна же, вписанная в мировой рынок, немалую долю своих денег так или иначе получает из-за рубежа и/или направляет за рубеж. Соответственно заработная плата всех её граждан — лишь часть её общего дохода и/или расхода. Но с трудами предыдущих поколений связан весь доход. Следовательно, пенсии надлежит выплачивать (хоть напрямую, хоть через фонды) не из зарплат, а из прибыли всего хозяйства. Проще всего — через налоги (как было и при Бисмарке, и в СССР).

Будет ли такая нагрузка чрезмерна для деловой жизни? Вряд ли. Ещё в 1950‑е годы — лет через 10–15 после войны, разрушившей добрую половину Евразии — не только в Соединённых Государствах Америки, но и в значительной части стран, на чьей территории велись боевые действия, нормой считалась семья, где трудится только муж. Его доходов хватало на содержание жены, занимающейся только домашним хозяйством, и 2–3 детей. Так, мать моей матери работала только в военное время: семья, эвакуированная из Одессы, попала в среднеазиатское село. В мирное время доходов деда хватало и на бабушку, и на двоих дочерей. В нынешних развитых странах работают, как правило, и мужья, и жёны, но на детей не хватает не только времени, но и денег. Неужто с тех пор технологии стали примитивнее? Полагаю, сейчас просто куда больше ресурсов, чем тогда, расходуется нерационально. Например, на выплаты пособий по безработице вместо создания новых рабочих мест — пусть и с формально меньшей рентабельностью.

Вдобавок деньги — лишь свидетельство права получения товаров и услуг. Но сами эти товары и услуги кто-то должен создать. Когда население падает, никакие повышения пенсионного возраста не возместят снижение общей производительности труда в расчёте на одного работника вследствие сокращения возможностей разделения труда и разработки новых технологий.

Итак, обеспечьте прирост народа, создание — пусть даже за казённый счёт — рабочих мест, развитие внутреннего рынка — и проблема обеспечения нетрудоспособных решится сама собою.

Новости smi2.ru
Источник


Tags: Вассерман, Сталин, национальные приоритеты, финансы, экономика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments