cycyron (cycyron) wrote,
cycyron
cycyron

Categories:

ОТЧЕ НАШ! ПРОСТИ НАС ГРЕШНЫХ. Мы не со зла...


Помним ли мы такие простые слова.....

"Прости, Господь, что, сердцем странный, Я ежедневно не молюсь. Прости, что, скорбный и туманный, Я с грезой бурной не борюсь. Но не беспечному веселью Я жизнь по каплям отдаю..."

Пишет melchisedeq в ГОСПОДИ ПРОСТИ НАС ГРЕШНЫХ. Мы не со зла...


Как редко к Богу обращаемся
О близких просим лишь в беде

За боль, упреки мы не каемся
Лишь рассуждаем о судьбе

За ложь не просим мы прощения
Ведь мы обязаны, должны
За все обиды, согрешения
Сказать от сердца "Нас Прости..."

Прости Господь за слезы матери
Прости Господь за грусть отца
Ведь души их белее скатерти
Наш долг пред ними без конца

Прости Господь за мысли грешные
Прости Господь за жизни соль
За все дела наши поспешные

За то, что часто причиняем боль

Как редко просим мы прощения
У наших близких и родных
За боль, упреки, прегрешения
За слезы глаз их дорогих

За все, что нами не досказано
Что продолжаем мы нести
Однажды все-таки обязаны
Сказать заветное "Прости"

Прости Господь за слезы матери
Прости Господь за грусть отца
Ведь души их белее скатерти
Наш долг пред ними без конца


Прости Господь за мысли грешные
Прости Господь за жизни соль
За все дела наши поспешные
За то, что часто причиняем боль.

"Прости, Господь, пока безвинен, И нежен кротким духом сем, Прости, Господь, пока безвинен, Не отверзи меня во всем. Пока мучительно страдаю, Огонь борений не погас, Прости, Господь, пока я знаю, Что ты меня простишь не раз..."



+ Оригинал взят у gignomai в зло - грех - покаяние

Такое впечатление, что родилось какое-то "новое христианство", в котором нет ни сознания силы зла и греха, ни опасений за свое духовное здоровье. Ни покаяния как "перемены ума" и неотделимого от него страдания.

Как с этим контрастирует то, что пишет в своем дневнике безымянный сельский священник из романа Ж.Бернаноса!


… что могут они сказать о грехе? Что знают о нем? Рак, который их гложет, подобен многим опухолям - он не причиняет боли. Большинство, в лучшем случае, ощутило укол в какой-то момент, но боль тут же ушла, и они позабыли о ней думать. Редко найдется ребенок, у которого внутренняя жизнь, в христианском понимании этого слова, не намечалась, хотя бы в самой зачаточной форме. Был день, когда юная жизнь забилась сильнее, дух героизма зашевелился в глубине невинного сердца. Не так уж и властно, быть может, а все же достаточно, чтобы крохотное существо смутно что-то ощутило, а иногда, пусть и неосознанно, прияло великий риск спасения, заключающий в себе божественное начало человеческого бытия. Ребенок узнал нечто о добре и зле, получил представление о добре и зле в чистом виде, вне всякой связи с социальными условностями и нравами. Но он, естественно, реагировал на случившееся с ним по-детски, так что взрослым не сохранит об этой решающей, высокой минуте ничего, кроме воспоминанья о ребяческой драме, а может, даже и шалости. Так что ее подлинный смысл от него ускользнет, и до конца жизни он будет говорить о ней с размягченной улыбкой, со старческим умилением, чуть ли не со сладострастием.

Последние дни я много думал о грехе. Определять его как отступление от божественного завета значит, по-моему, подходить слишком упрощенно. Люди наговорили о грехе уйму глупостей! И, как водится, не дают себе труда подумать. Вот уже века и века врачи не могут прийти к согласию и дать точное определение болезни. Удовольствуйся они определением, что болезнь отступление от нормы доброго здоровья, им бы уже давным-давно не о чем было спорить. Но они всякий раз изучают болезнь на больном, чтобы его вылечить. То же самое пытаемся сделать и мы. Так что все эти шуточки, иронические улыбочки, смешки по поводу греха не слишком нас трогают.
Естественно, никто не хочет смотреть дальше проступка. Но ведь проступок - это в конце концов только симптом. А симптомы, бросающиеся в глаза профану, отнюдь не всегда самые тревожные, самые важные.

Что знаем мы о грехе? Геологи говорят нам, что земля, на вид такая твердая, такая прочная, в самом деле всего лишь тонкая пленка на океане жидкого огня и непрерывно содрогается, подобно пеночке, которая образуется на молоке, когда оно закипает... Какую толщину имеет грех? На какую глубину нужно рыть, чтобы дойти до лазурной бездны?..

… что, в конце концов, известно нам о безумии? Что известно нам о похоти? Что известно нам о их скрытой взаимосвязи? Похоть – таинственная рана в лоне рода человеческого. Мало сказать – в лоне! В самом роднике жизни. Смешивать похоть, владеющую человеком, с желанием, сближающим мужчину и женщину, все равно что называть одним именем опухоль и орган, который она пожирает и форму которого она подчас ужасающе воспроизводит при своем уродливом разрастании. Человечество изо всех сил старается прикрыть эту постыдную рану, используя пленительность искусства. Можно подумать, что оно в каждом новом своем поколении страшится бунта человеческого достоинства, отчаяния отреченья от этого зла существ еще юных, еще им не затронутых... С какой удивительной заботливостью человечество бдит над своими детьми, стараясь заранее смягчить чарующими образами унизительность первого опыта, который почти неотвратимо ставит человека в смешное положение! И когда, несмотря на все эти усилия, раздается безотчетная жалоба юного величия, попранного, оскорбленного бесами, как ловко человечество заглушает этот вопль смешками! Какая умелая дозировка ума и чувства, жалости, нежности, иронии, какая сообщническая бдительность окружает отрочество! Даже старые чайки не так суетятся вокруг птенцов при первом их полете. И если отвращение слишком уж сильно, если драгоценное юное создание, над которым еще бдят ангелы, охвачено тошнотой, если его выворачивает наизнанку, какие заботливые руки протягивают ему золотой таз, вычеканенный художниками, разукрашенный поэтами, меж тем как оркестр наигрывает под сурдинку, заглушая шепотом листвы и лепетом струй икоту гадливости.

Похоть не понимают, ее видят. Я видел эти лица, остервенелые, внезапно каменевшие в непередаваемой улыбке. Боже мой! Как же люди не замечают, что маска наслаждения, отбросившего ханжеские прикрытия, – это, в сущности, маска тоскливого страха? … Повторяю, безумье так же непонятно людям, как и разврат, и общество защищается против них обоих, не признаваясь в том открыто, с тем же подспудным страхом, с тем же тайным стыдом и почти одними и теми же средствами... Ну а что, если безумье и похоть нечто единое?

Поэтому-то нас и преследует образ гноящейся раны, из которой сочится самая субстанция жалкого рода человеческого. Какие великие дела мог бы творить мозг человека, не отложи в нем свою личинку эта ядовитая муха.

Неспособная к созиданию, она оскверняет в самом зародыше хрупкий росток человечности; в ней, возможно, сокрыто начало всех изъянов нашего рода, и когда где-нибудь на извилистой тропинке дикого леса, глубины которого нам неведомы, мы сталкиваемся с нею лицом к лицу, когда застигаем ее в неприкрытом виде, такой, какой она вышла из рук искусителя, крик, вырывающийся из нашей утробы, это не просто вопль ужаса, но и проклятье: "Ты, только ты спустила с цепи смерть!"

… непорочность заповедана нам не в наказание, она – одно из таинственных, но очевидных, подтвержденных жизненным опытом условий того, данного нам свыше самопознания, познания себя в Боге, которое и есть вера. Порочность не разрушает этого познания, но уничтожает потребность в нем. Человек не верует, потому что утратил жажду веровать. Ты больше не стремишься познать себя. Сокровенная истина, твоя истина, тебя уже не интересует И сколько бы ты ни твердил, что догмы, которые ты еще вчера исповедовал, все еще присутствуют в твоем сознании, но только разум их не приемлет, это дела не меняет! В действительности обладаешь лишь тем, чего жаждешь, ибо для человека не существует абсолютного, тотального обладания. Ты больше не жаждешь себя. Ты больше не жаждешь радости. Любить себя можно только в боге. И ты больше никогда не полюбишь себя, ни в этом мире, ни в том – во веки веков.


Все грехи похожи, все они – единый грех. … Мир греха противостоит миру благодати, как опрокинутое отражение пейзажа на глади глубокого и темного водоема. Грешники сопричастны друг другу. Их притягивает, объединяет, сплачивает, слепляет взаимная ненависть, взаимное презрение, и грядет день, когда все они предстанут перед взором Всевечного озером липкой грязи, по которому втуне прокатываются гигантские валы божественной любви, этот океан живого ревущего огня, некогда оплодотворивший хаос.

Мир зла недоступен, в общем, нашему пониманию. Мне даже не всегда удается представить его себе, как некий завершенный мир, вселенную в себе. Он только набросок – набросок омерзительного недоношенного творения на крайней грани бытия, таким он и пребудет вечно. Мне приходят на ум прозрачные хляби океанских провалов. Что чудищу преступник – одним больше, одним меньше! Оно пожирает преступленье мгновенно, претворяя его тут же в свою ужасающую субстанцию, переваривает, ни на миг не выходя из состояния вечной, зловещей неподвижности. Но историки, моралисты, даже философы не видят ничего, кроме преступника, не хотят заглянуть глубже, они реконструируют зло по образу и подобию человека. У них нет ни малейшего представленья о зле, как таковом, об этой исполинской засасывающей пустоте, небытии. Ибо если род человеческий обречен погибнуть, он погибнет от омерзения, от уныния. Человеческая личность будет постепенно разрушена изнутри, подобно тому, как дерево разрушается невидимым грибком, который за несколько дней превращает дубовую балку в пористое вещество, без труда протыкаемое пальцем. Моралист станет разглагольствовать о страстях, государственный деятель - плодить полицейских и чиновников, воспитатель предлагать свои программы, и все они будут пускать на ветер сокровища в тщетных усилиях замесить тесто, в котором уже нет дрожжей.

Ну и что сделали из ада вы, люди? Своего рода место вечного заключения, наподобие ваших собственных тюрем, заблаговременно уготованное для человеческой дичи, которую ваша полиция травит от сотворения мира, – для врагов общества. Вы не прочь отправить туда же богохульников и святотатцев. Но может ли здравый ум, может ли гордое сердце приять без отвращения подобный образ божественной справедливости? Когда образ ада вас стесняет, вы ничтоже сумняшеся просто отбрасываете его. Вы судите об аде по законам сего мира, а он не от мира сего. Он не от мира сего, и еще менее от мира христианского. Вечное наказание, вечное искупление – уж и то чудо, что сама мысль об этом является нам в здешней жизни, ведь едва грех изыдет из нас, достаточно знака, взгляда, немого зова, чтобы прощение ринулось на нас с небесных высот, как орел. А все потому, что распоследний из людей, пока он жив, даже если думает, что не любит, еще способен полюбить. Сама ненависть лучится, и то, что мы именуем отчаянием, для самого непритязательного из бесов – светозарное, победное утро. Ад, сударыня, – не любить. Для вас выражение "не любить" звучит банально. Для живого человека не любить значит любить меньше, полюбить другого. Способность любить кажется нам неотделимой от нашей сути, от самой нашей сути – понимание это ведь тоже своего рода любовь – ну, а что если ее можно все же вовсе утратить? Не любить, не понимать – и тем не менее жить, вот что чудовищно! Всеобщее заблуждение состоит в том, что мы приписываем таким, покинутым богом существам что-то свое, человеческое, нашу вечную подвижность, в то время как они – вне времени, вне движенья, окаменели навсегда. Увы! Да подведи нас за руку сам Бог к одному из этих скорбных созданий, и будь оно нам в прошлом даже самым дорогим другом, о чем бы мы стали теперь с ним говорить и на каком языке? Разумеется, если человек, нам подобный, пусть и самый ничтожный, пусть негодяй из негодяев, брошен живым в геенну огненную, я готов разделить его судьбу, я бросился бы отбивать его у палача. Разделить его судьбу!.. Беда-то в том, невообразимая беда этих охваченных пламенем камней, прежде бывших людьми, в том и состоит, что им уже нечего разделить.

- О сударыня, никто не может предвидеть, к чему, в итоге, приведет один дурной помысел. У дурных та же судьба, что и у хороших: на тысячу развеянных ветром, заглушенных сорняками, высушенных зноем приходится один, который пускает корни. Семена зла и добра носятся повсюду. Все горе в том, что людское правосудие, как правило, вмешивается слишком поздно: оно наказывает и клеймит проступки, однако не в его возможностях пойти дальше, глубже лица, их совершившего. А наши ужасные дурные помыслы отравляют воздух, которым дышат другие, и зародыш какого-нибудь преступления, зароненный в душу несчастного, помимо его воли, никогда бы не вызрел в плод, если бы не это тлетворное начало.

Ад – это больше не любить. Пока мы живы, мы можем тешить себя иллюзией, считать, что любим сами по себе, помимо Бога. Но мы подобны безумцам, протягивающим руки к лунному отражению в воде.



+ Оригинал взят у melchisedeq в БОЖЕ, ПОМОГИ ДРУЗЬЯМ МОИМ И ЛЮДЯМ ВСЕМ!

"Господи, научи нас любить и друзьям помогать, так же как просто дышать. Что бы в любую годину, стали они сильней и добрей. Моих друзей и их семейства, Стеной высокой заслони. От вездесущего злодейства..."


Прошу!.. Дай Боже, тебе немного счастья
Дороги светлой, преданных друзей

Все отведи ты беды и ненастья
Пусть никогда не будет чёрных дней.
И далеко молва людская, злая
Всегда обходит стороной твой дом

Молю, пусть Ангел лишь оберегает
Тебя укроет бережно крылом.


Я молюсь, за тебя молюсь!
Каждый день свой и каждый час

И все беды уходят пусть…
За здоровье горит свеча.
Я молюсь за тебя, молюсь…
Каждый вздох свой и каждый миг
Пусть хранит тебя Боже, пусть!
Мой срывается голос в крик.


Звезда любви горит и не погаснет
Лишь с каждым днём сияет всё сильней.
Жизнь изменить , порой не в нашей власти
Так пусть побольше света будет в ней!
Всё понимаю, чуда не бывает
Но , всё же верим мы в Него и ждём

Я за тебя молю судьбу и знаю
Мы с ней вдвоём плохое отведём!
Я молюсь, за тебя молюсь!

Каждый день свой и каждый час
И все беды уходят пусть…
За здоровье горит свеча.

Я молюсь за тебя, молюсь…
Каждый вздох свой и каждый миг
Пусть хранит тебя Боже, пусть!
Мой срывается голос в крик.

(Татьяна Казачкова)

ДА БУДЕТ СЧАСТЬЕ ВАМ ПО - ЖИЗНИ, МОЛИТЕСЬ БОГУ ЗА ДРУЗЕЙ!



Просите и дано вам будет!



=== [Сделать перепост всего текста ]Перепост всего текста

Скопируйте весь текст в рамке и введите его в поле HTML-редактора у себя в ЖЖ, войдя туда через кнопку "Новая запись". И не забудьте внести название в заголовок и нажать на кнопку "Отправить в ...".

===
Tags: Вечное, смыслы, человек
Subscribe

  • Энергонива

    Прошу прощения у читателей-нефизиков за нижеследующую профессиональную статью. Дело в том, что даже если всего один талантливый умелец примет на…

  • Норманская теория - фсё!

    Как нередко, очень познавательное выступление Анатолия Алексеевича Клёсова. И отрадно, что представитель такой гуманитарной, нет, не науки, а…

  • Иван Великий. Возвращение государя

    Иван Третий. Его имя уступает по известности именам Дмитрия Донского или Александра Невского. Даже его прозвище - Иван Грозный в памяти потомков…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments